АВТОР: Руслан Виниченко
Обширный инфаркт
украинской медицины
Ведущий кардиохирург страны обвинил министра здравоохранения в смертях тысяч украинцев. Мы разбирались, насколько справедливы эти обвинения и кто в действительности виноват в ситуации, которая сложилась с госзакупками лекарств

Видеоверсия материала
Любите больше читать?
Текстовая версия расследования ниже
Эвелине — шесть с половиной лет. Она учится в первом классе. В школе ей нравится, но Эвелина не все может делать вместе со своими новыми друзьями. Например, на физкультуре, когда ее одноклассники бегают, девочка сидит на лавочке.

Когда Эвелине Опульской было 5 месяцев, ей диагностировали дефект межпредсердной перегородки. Фактически в перегородке была микроскопическая дырочка. Родители девочки надеялись, что она затянется. Врачи говорили, что такое случается. Но чуда не произошло. Отверстие в сердце росло вместе с ребенком.

«Если раньше оно было 0,2 миллиметра, то сейчас 0,7. Его надо закрывать, иначе чревато последствиями», — рассказывает нам Людмила Лепеха, мама Эвелины.

Изменить все могла бы относительно простая операция — установление окклюдера — устройства, закрывающего отверстие в перепонке. Он стоит около 100 000 гривен. Но для семьи из четырех человек, где работает только мать, эта сумма неподъемная.

В Украине существует и государственная очередь на окклюдер. Однако дождаться в ней операции почти не реально. В прошлом году на Киев их выделили всего три. Поэтому сейчас выход у семьи только один —зарегистрироваться в благотворительном фонде. Очень надеются на помощь от добрых людей, потому что от государства не дождались.
БИТВА В СОЦСЕТЯХ

О проблемах в украинской медицинской системе заговорили не вчера и не сегодня. Для чиновников это лишь цифры в отчетах. Впрочем, за каждой цифрой в каждом отчете — реальная проблема, реальная человеческая жизнь.

Проблема назревала давно, и 31 декабря в Украине таки разразился самый громкий медицинский скандал десятилетия. Исполняющая обязанности министра здравоохранения Ульяна Супрун разместила в социальной сети фотографию. На ней руководители МОЗ одеты в футболки с надписью «Детройт против всех».

Ее прокомментировал один из ведущих украинских кардиохирургов Борис Тодуров: «Детройт – умирающий город! Что вы рекламируете, пингвины? Так стыдно за минздрав нам еще никогда не было», — написал он на своей странице в «Фейсбук».

Супрун саркастически ответила: «Пане Борисе, шкода, що лікарі ще не можуть виконувати трансплантацію почуття гумору та іронії. Могла б стати донором для вас».

В ответ Тодуров открыто и конкретно раскритиковал работу министерства: «Посмеялся бы вместе с вами, пани Ульяна, если бы не было так грустно. Программа по сердечно-сосудистым заболеваниям предусматривала закупку на 364 млн гривен скоропомощных расходных материалов, которые могли спасти десятки тысяч жизней. Вы не провели эту закупку. Я абсолютно ответственно заявляю (и могу повторить это в суде): ваша халатность забрала больше жизней украинцев, чем война за последние годы».
СПАСЕНИЕ ЗА СВОЙ СЧЕТ

Чтобы разобраться в ситуации и понять, справедливы ли обвинения в адрес Ульяны Супрун, мы отправились в «Институт сердца», одно из главных кардиохирургических учреждений страны. Здесь родители Эвелины планируют сделать дочке операцию. Именно в этом учреждении работает кардиохирург Борис Тодуров.

Центр открыли в 2008 году, как коммунальную клинику. Спустя четыре года его передали под юрисдикцию МОЗ. Сейчас здесь почти две сотни коек. Сюда привозят как взрослых, так и детей. Это место их последней надежды.

«Этому ребенку 13 дней, — директор «Института сердца» Борис Тодуров подходит к кроватке, на которой лежит малыш, весь овитый трубками. — Он недоношенный. У него очень тяжелый порок сердца: критический стеноз выхода из правого желудочка. Родители бедные, денег нет. Молодые папа и мама. Откуда брать эти финансы? Специальные баллоны, которые необходимы для жизнеобеспечения таких детей, нам никто не покупает. Ни МОЗ, ни бюджет. Если есть деньги у родителей, они покупают сами, если нет — получается за счет института, только в институте тоже уже ничего нет».

Такие тяжелые дети появляются здесь каждый день. И нуждаются в дорогостоящих операциях.

Борис Тодуров указывает на другие кроватки с маленькими пациентами: «Вот еще один недоношенный ребенок. Нас не спрашивают, когда их привозить. Если он родился в Киеве и у него диагностировали порок, скорая просто его привозит, и мы должны что-то делать. Иногда такие операции стоят несколько сотен тысяч гривен».

Ежедневно в «Институте сердца» делают около 20 кардиохирургических операций. Нам разрешили поприсутствовать на одной из них. Борис Тодуров будет исправлять ошибки коллег из другого института, которые провели неудачную операцию на сердце мужчине. «У него была довольно необычная, мягко говоря, операция первая. Ее делали другие хирурги и сделали не совсем корректно, — рассказывает кардиохирург. — Поэтому придется исправлять кое-какие погрешности. Все уже запаяно, и аорта запаяна, и сердце в спайках, и даже сделать разрез грудины и добраться до сердца — уже большой риск, потому что сердечная мышца находиться прямо под грудиной, припаяна к ней, ничем не защищена, поэтому можно рассечь сердце прямо во время вскрытия».

Пока идет операция, жизнь в пациенте поддерживает специальный баллон с трубками, называется оксигинатор. С его помощью кровь циркулирует и наполняется кислородом. Прибор одноразовый и стоит около 500 долларов.

«Когда делаешь такую операцию, иногда думаешь – лучше бы я отказал этому больному и не мучился, — не отрываясь от процесса говорит Тодуров. — Потом вспоминаешь, что это твой ровесник, ему всего 55 лет. И думаешь, что целая семья сейчас стоит там за дверью и ждет, что он выйдет живой. Так что будем мучиться дальше».

Операция в итоге закончилась успешно. Оплатил ее сам пациент. Если бы не смог, то денег в Институте на это уже бы не нашлось.
НЕСВОЕВРЕМЕННЫЕ ЗАКУПКИ

По словам Тодурова, главная проблема в том, что Минздрав вовремя не провел закупки по программе сердечно-сосудистых заболеваний на 364 миллиона гривен. В свою очередь, в министерстве заявили, что шесть тендеров на закупки было объявлено в декабре 2016 года. Международными организациями по направлению «сердечно-сосудистые заболевания» будет закуплено медицинских средств на 357 миллионов гривен. Впрочем, когда они поступят в медицинские учреждения, точно не известно.

«Обычно тендер проходит летом или весной — для того, чтобы уже к осени все поставить, — говорит Борис Тодуров. — Но осень закончилась, уже зима, скоро весна. Те больные, которые в 2016 году должны были что-то получить, ничего не получат. А та процедура, которая запущена сейчас, в лучшем случае даст нам расходные материалы через полгода».

В ответ через СМИ министерство сообщило — «Институт сердца» обеспечен всеми расходными материалами. В частности, стентами для операций.

«Стенты, которые были закуплены в 2015 году, нам поставили только в 2016-м, — возражает Тодуров. — Это не закупка 2016 года — это долги, которые были с позапрошлого года. Это примерно половина из того, что нам нужно. В прошлом году мы установили пациентам 2500 стентов. Те 1200, которые они дали, — это половина от необходимого».

Кроме того, установка тентов — это лишь часть операции, — говорит Тодуров и в подробностях рассказывает, какие еще расходники участвуют в процедуре: «Для того, чтобы поставить стент, нужно больного обработать, положить его на стерильную простынь, накрыть специальным стерильным набором. После этого подколоть артерию, игла стоит 10 долларов, ввести туда проводник – он стоит 20 долларов, после этого ввести интродьюсер – он стоит 850 гривен, после этого вводится набор для коронарографии, он стоит около 2000 гривен, после этого вводиться рентгенконтрастный препарат, который стоит тоже около тысячи-полторы в зависимости от объема и качества. Потом вводится баллон, который бляшку раздавливает, он стоит 5000 гривен. И только после этого ставиться стент».

По словам Тодурова, склады в его медцентре сейчас практически пустые. Поэтому операции украинцам, у которых нет достаточно денег, провести практически не реально. Касается это и маленькой Эвелины.

Общественные борцы с коррупцией считают, что виновата в этом не столько Супрун, сколько политическая ситуация в стране в целом. После смены власти в Украине в 2014 году, решили менять систему госзакупок для министерства здравоохранения — их передали международным организациям. Но делали это на фоне постоянных перестановок в самом министерстве. Например, первый после Майдана министр Олег Мусий в должности продержался лишь семь месяцев. В итоге — тендеры, которые всегда проходили весной, сместились.

«Олега Мусия уволили именно за то, что он не смог провести никаких тендеров. Именно из-за него случился тот коллапс с медикаментами, который в стране есть сегодня, — говорит член правления «Центра противодействия коррупции» Александра Устинова. — А полгода после того, как был уволен следующий министр, Квиташвили, у нас вообще не было руководителя Министерства здравоохранения. Министерство развалилось. Одного заместителя взяли на взятке, второй уволился сам, третью — Александру Павленко — уволили. Фактически министерством некому было управлять и некому было заниматься вопросом передачи тендеров международным организациям».

Команда нового министра здравоохранения начала работу в августе 2016-го. Время проведения тендеров сместилось на слишком серьезный срок еще до ее назначения, но за полгода на посту Ульяна Супрун не смогла сделать ничего, чтобы исправить эту ситуацию. Более того, оказалось, что говорить со средствами массовой информации о результатах своей работы она также не хочет. Как не считает необходимым отчитываться и перед народными депутатами и ведущими врачами страны.
Помочь Эвелине
Если вас не оставила равнодушными история нашей маленькой героини Эвелины Опульской, вы можете помочь родителям девочки собрать деньги на операцию.

Реквизиты для оказания помощи:
карта Приватбанка 5168 7572 5248 2775, Лепеха Людмила Ивановна (мама девочки).

Теги: Ульяна Супрун Борис Тодуров