Алена Медведева

«Есть ощущение клуба анонимных алкоголиков»

Как премьер-министр с подчиненными защиту детей реформировали
Какие ассоциации вызывает у окружающих определение «дети-интернатовцы»? «Оборванные, грязные детки, девочки с короткими стрижками», «сироты, которым нужно помочь», «дети, злые на жизнь» — так ответили нам обычные киевляне на этот простой вопрос. Добавка «интернатовцы» окрашивает позитивное слово «дети» в мрачные тона. Реальность, к сожалению, также безрадостна: очень немногие из детей, которые прошли школу жизни интерната и утратили поддержку близких, могут в будущем построить собственную семью, устроиться на хорошую работу и не сбиться с пути. В нашем новом проекте «Непотерянное детство» мы расскажем о том, что на самом деле происходит сегодня в «заведениях несвободы». И как каждый из нас (не игрушками и деньгами, а чем-то гораздо более важным) может помочь обездоленным воспитанникам обрести детство и не стать изгоями в этом мире.
Конференц-зал одного из фешенебельных отелей столицы наполнен шелестом бумаг, редкими смешками, а в тихих разговорах проскальзывает недовольство. Эксперты по правам детей съехались сюда с утра пораньше не ради междусобойчика…

— Дамы и господа, простите, но Владимир Борисович задерживается: сами видите, какая погода, пробки, — сообщает модератор.

— Так и мы по этой же погоде сюда ехали, — слышится из зала обида на непунктуальность премьер-министра Гройсмана.

Ведущий разводит руками: он может доложить гостям лишь то, что узнал сам. Эксперты возмущаются, но тихо, потому как общественные слушания на тему «Дети, которые требуют особенной защиты государства: ключевые аспекты реформирования государственной политики» — хорошая возможность донести свои пожелания до глав министерств образования, здравоохранения и соцполитики. Все они — Лилия Гриневич, Ульяна Надежда Супрун и Андрей Рева — обещались быть, да и министр по вопросам временно оккупированных территорий и внутренних переселенцев Вадим Черныш должен присоединиться. Еще полчаса «вот-вот», «сейчас-сейчас» — и Владимир Гройсман, наконец, появляется в зале. За ним семенит Андрей Рева со своими подчиненными, остальные представители Кабмина, видимо, были беспощадно нокаутированы погодой и пробками. Но главное — «сам»-то здесь, можно начинать.

Реформируют шиворот-навыворот

С мероприятием Гройсману не повезло. Его выступление предварял доклад директора регионального офиса международной благотворительной организации «Надежда и жилье для детей» Галины Постолюк. О животрепещущем. Например, о том, что вопреки прозвучавшим в 2015 году заявлениям со стороны властей о проведении активной деинституализации (речь о постепенном выведении детей из казенных учреждений в семейные формы воспитания, с последующим закрытием интернатов), на данном этапе еще ни одно из заведений не прекратило свое существование. Хотя, по словам Постолюк, реформировано уже 345 интернатов из 663 имеющихся в стране. А происходит следующее: пока соцработники и общественники работают над тем, чтобы дети-сироты и лишенные родительской опеки были пристроены в семейные формы воспитания, параллельно учреждения пополняются за счет… детей из семей. Из сиротских за последние годы они превратились в школы-интернаты, учебно-воспитательные и реабилитационные центры и комплексы. Но главное – плохие условия жизни детей в них – так и осталось неизменным.
Сиротская статистика
663
интерната на сегодня работают в Украине. В них воспитываются
99 915 детей
6 млрд
гривен выделяется ежегодно на содержание интернатов
1%
средств, которые выделяются на интернаты, идут на лечение детей. 2% — на одежду, 13% — на питание
13 351
детей воспитываются в детдомах семейного типа и приемных семьях
Также в интернатах работают 67 814 сотрудников, большую часть из которых составляет технический и админперсонал, в то время как наличие узкопрофильных специалистов (логопеды, дефектологи, психиатры и т.д.) составляет менее 1%. Их катастрофически не хватает даже в специализированных заведениях — о какой же коррекционной работе (а ведь многие учреждения спрятались именно под вывесками специализированных) в таком случае может идти речь? В то же время чиновники не могут кивать на недостаток финансирования, ведь на содержание интернатов выделяются миллиарды (например, в 2015 году — 6 миллиардов 400 тысяч гривен)! При этом на питание детей из этих денег уходит лишь 13%, на приобретение одежды и прочего необходимого — лишь 2% и менее 1% средств идет на лечение детей. Как уже неоднократно писал «Репортер», эти «нехватки» часто покрываются силами волонтеров и населения Украины. Зато все остальные деньги от государства идут на зарплату персонала интернатов и коммуслуги. Однако, для сравнения, количество сотрудников социальных служб для детей и семей сократилось в 2015-м году аж на 65%! То есть, «грандиозное реформирование» состоит в том, что государство продолжает снабжать то, что хочет упразднить, и при этом безжалостно «косит» тех, кто призван упреждать, чтобы родители сдавали своих детей в эти самые учреждения.

Гройсман: гордился опытом… Ющенко

Владимир Гройсман
Премьер Владимир Гройсман на слушаниях
Хотя для присутствовавших экспертов озвученные факты были не новы, необходимость настоящего реформирования буквально запищала, зависнув над головой ставшего за трибуну премьер-министра. Все с таким интересом наблюдают за реакцией премьера, что он даже несколько секунд чувствует себя неловко — нужно ведь как-то оправдать свое присутствие. Выйти из положения высокому чиновнику помогли старые методы. Сперва — подергал за ценности:

— Тема детей для меня является чрезвычайно близкой, как и семейные ценности, считаю, что чужих детей не бывает. Ведь это будущее Украины. Слушая то, что звучало, мы понимаем, что эта система требует изменений, которые позволят максимально инвестировать в качество жизни ребенка, максимально создать условия, в которых ребенок будет максимально подготовлен к жизни и доброжелателен к окружающим.

Затем — вспомнил старые наработки. Своих не нашлось, потому подошел опыт времен Ющенко — о том, как успешно интернатовцев пристраивали в семейные формы воспитания в 2005-2010 годах. Потому что «к проблемам детей были неравнодушны бывший президент и тогдашний министр и детский омбудсмен Юрий Павленко». Благо, последний сидел в зале, что позволило Гройсману похвастаться его опытом дважды.

Под конец Владимир Борисович все-таки вернулся в «свое время», но… переложил ответственность на представителей местной власти:

— Такие подходы, которые вы тут сегодня будете обсуждать, я абсолютно их воспринимаю, потому что это в рамках децентрализации. Нужно выработать не только четкую госпрограмму, но и нужно, чтобы подключились на местах. Когда я работал мэром Винницы, то хотелось сделать многое, но часто не хватало финансов. Теперь на местах есть все для организации работы, там сегодня есть не сотни миллионов, а миллиарды. А сегодня в моем лице, как премьер-министра, в лице моих коллег — министра финансов, образования, соцполитики, юстиции — вы найдете полных союзников и людей, которые понимают проблематику детей и которые дадут ребенку использовать единственный в жизни шанс: родиться и быть воспитанным в любящей семье. Это для нашего правительства — самое важное, — подошел к финалу премьер-министр. После чего скоропостижно покинул зал вместе с Ревой, окончательно подчеркнув чрезвычайную важность «детского» вопроса для Кабмина.

«Есть дети, которые ночуют в школе»

Эксперты несколько растерялись: тащить на себе груз проблем, им, конечно, не привыкать, но ведь все готовили свои предложения о том, как, наконец, сдвинуть реформу с места. И рассчитывали озвучить их тем, от кого зависят решения.

У меня есть ощущение клуба анонимных алкоголиков, где мы все время собираемся и даем советы друг другу, делимся, как дальше жить, — усмехнулась в начале выступления национальный программный директор по развитию международной благотворительной организации «СОС — детский городок Украины» Дарья Касьянова. Она рассказала о том, как отсутствие элементарных механизмов регулирования со стороны государства приводит к тому, что дети внутренних переселенцев пополняют интернаты:

— Сегодня, по статистике госорганов, в Украине — около 250 тысяч детей-переселенцев. И у нас есть около 350 организаций, в том числе международных, которые оказывают помощь семьям и детям, не считая волонтерских и госслужбы. Насколько эффективна эта помощь? Во-первых, она краткосрочна. Во-вторых, если семья обратилась — мы ее выявили, но если нет, то мы о них не знаем. Я имела возможность работать в Мариуполе и Северодонецке. В Мариуполе сегодня зарегистрировано около 10 тысяч детей-переселенцев. И помощь там оказывают 80 соцработников – ни одного не сократили, даже добавили 5 психологов. Сегодня там развиваются центры поддержки семьи и детей, они отталкиваются от потребностей ребенка, семьи и их услуги эффективны. Что касается Северодонецка, то там зарегистрировано около 6 тысяч детей-переселенцев, в центре соцслужб для детей и молодежи работают 10 соцработников. А вот что касается «серой зоны», то там ситуация просто критическая! Там «выгоревшие» соцработники, учителя, но они работают с детьми и пытаются им как-то помочь. Там есть дети, которые ночуют в школе. Они боятся возвращаться домой, где алкоголь и насилие. И когда приезжают мобильные группы наших психологов, то учителя первыми выстраиваются в очередь, чтобы быстренько подзарядиться и дальше работать с детьми.

Кто сегодня самая уязвимая категория из переселенцев? Это полная и немногодетная семья. Потому что по сути они лишены любой помощи, ведь отношение таково: если есть мама, папа — пусть идут, работают. Но что касается таких городов, как Северодонецк, Старобельск, то там негде работать. Люди выехали из индустриальных городов, где работали на предприятиях, и они снимают самое дешевое жилье в селах, из которых не на чем доехать до города. Такие семьи распадаются, родители начинают злоупотреблять алкоголем, а дети оказываются в интернатах. Потому сегодня дети-переселенцы очень активно наполняют интернаты.

Но, общаясь с коллегами из Балканских стран, Грузии, я видела, насколько эффективно можно трансформировать помощь переселенцам в качественную профилактическую работу с сиротством. Например, специалистов тех международных и волонтерских организаций, которые нацелены на помощь детям, вполне можно подготовить для профилактики сиротства. Я подсчитала: за 2013-14 годы общественные организации инвестировали в обучение соцработников приблизительно 20 миллионов гривен. Это приличная сумма! И организации, в том числе наша, готовы инвестировать дальше и делиться своим наработанным инструментарием, методиками по проведению профилактики среди семей. Но мы хотим ощущать запрос от государства и чтобы оно разделяло с нами эту ответственность.
Директор по развитию международной организации «СОС — детский городок Украины» Дарья Касьянова
Директор по развитию международной организации «СОС — детский городок Украины» Дарья Касьянова
В то время, как соседние страны выделяют на нужды своих детей до 4% ВВП, — приводила примеры эксперт по вопросам соцполитики Института общественно-экономических исследований Марианна Онуфрик, — в Украине на детей выделяется всего 1,7% ВВП. Для сравнения: на нужды пенсионеров выделяется в 7 раз больше! Я не имею в ввиду, что не нужно заботиться о пенсионерах, я говорю о том, что приоритеты нашего государства — очевидны.

Взволновало экспертов и еще одно выступление, касающееся Донбасса, – представителя общественной инициативы «Восстановление Донбасса» Светланы Клочко:

— Когда в 2010 году Украина впервые отчитывалась Комитету по правам ребенка ООН, то ей дали важные рекомендации. Например, разработать для личного состава Вооруженных сил принципы относительно защиты детей во время вооруженных конфликтов; сделать невозможной вербовку и приобщение детей к военным действиям, а также создать и применить экстра-территориальную юрисдикцию относительно военных преступлений вокруг втягивания детей в военные действия. И ни одно из этих заданий не было выполнено. В то же время сегодня мы отмечаем участие детей в вооруженном конфликте на Донбассе — как говорил наш президент еще в начале года, как воин погиб 21 несовершеннолетний. Точно так же воюют и гибнут наши дети, которых привлекают так называемые «ЛДНР». Когда, как не сейчас, необходимо выполнять рекомендации Комитета ООН?

Гибнут и дети, которые не воюют, но, тем не менее, стали заложниками войны на востоке: по разным оценкам там уже погибло от 68 до 199 украинских детей и от 176 до 500 — были ранены. А у нас до сих пор даже не отлажена система учета таких детей на территориях, которые были неконтролируемыми или остаются «серыми» зонами, и вся статистическая информация из Донбасса относительно детей-сирот и лишенных родительской опеки, соответственно, является недостоверной. И сегодня есть большая потребность в систематизации этих данных. Тем более, что в квазиреспубликах есть поименные списки погибших детей, чтится их память, а у государства этого просто нет. Как нет и системы социальной защиты для детей, которые получили ранения. Ну а проект постановления «Об утверждении Порядка предоставления статуса ребенка, который пострадал вследствие военных действий и военных конфликтов», разработанный Минсоцполитики, до сих пор не внесен на рассмотрение Кабмина, хотя его актуальность не вызывает сомнений.

В целом практически каждый эксперт упоминал конкретные задачи, которыми могли бы озаботиться отсутствующие министры для того, чтобы реформа, наконец, сдвинулась с мертвой точки. Самыми частыми среди них звучали – введение ограничений относительно зачисления детей в интернаты по заявлениям родителей, а также — формирование госзаказа на подготовку кадров. В частности, сегодня стране остро не хватает педагогов инклюзивного обучения, специалистов в сфере защиты прав детей и повышение квалификации кадров для работы с детьми и семьями на местах. И если одной из главных задач реформирования системы защиты детей в нашей стране является упразднение интернатов, то для этого нужно дать максимум поддержки семьям, чтобы они не шли на крайности и не отдавали туда своих детей на воспитание. А для этого нужны профессионалы, которые будут вести эту работу. Как и для обеспечения второй составляющей успеха – то есть, выведения детей из интернатов обратно в семьи или же в семейные формы воспитания.

Держать ответ перед экспертами вынужден был оставшийся в зале Сергей Устименко — заместитель министра соцполитики по вопросам… евроинтеграции. Может быть по причине «не своей» темы Сергей Александрович говорил так тихо, что из сказанного удалось разобрать лишь несколько тезисов. Например, то, что замминистра много работал за рубежом дипломатом. А также то, что Министерство соцполитики планирует разработать программу по защите детей, действием до 2025 года.

Но главное — мы надеемся, что нам удастся найти понимание у Минфина и подкрепить наши планы финансированием, — закончил Устименко.

А мы надеемся, что власти все-таки передадут наши предложения, и ее забота о детях выльется в конкретные документы, — горько усмехались защитники детских интересов, уходя из фешенебельного зала. Тем временем на сайте Кабмина одна за другой сыпались новости о плодотворном участии премьера в работе торгово-промышленной конференции…
Читайте также на «Репортере»
Теги: Интернаты в Украине детдома