текст: Влад Абрамов
Фото: сергей харченко

«Как много
бабушек хороших»

Продолжая проект «Сильнее старости», мы побывали
в доме престарелых в селе Перемога.
С концертом и подарками
Социальный проект «Вестей» и «Репортера», цель которого — помочь пожилым людям, оказавшимся в домах престарелых, продолжается. Раз в месяц наши корреспонденты выезжают в разные города, чтобы своими глазами увидеть, как живут одинокие старики, в чем они нуждаются, о чем мечтают. Надеемся, что к нашему проекту присоединятся те, кому небезразлична судьба человека, вынужденного жить на склоне лет в казенных стенах.
В небольшой дом престарелых в селе Перемога (Барышевский район, примерно 60 км от Киева) мы приехали с волонтерской группой, которая уже несколько лет опекает стариков. Ребята не только привозят им небольшие подарки, но и устраивают концерты. Мы видели, как нянечки, усаживая в палатах подопечных, говорили: «Сейчас подарки вручат», но те все посматривали на двери: «А петь когда будут?»

И уже на концерте бабушки задумчиво улыбались, слушая «Как много девушек хороших», а дедушки хлопали в такт песне «Розпрягайте хлопці коней». Не забыли ребята и о лежачих. Музыкант Павел Колодий пел и играл прямо в их палатах. А потом волонтеры еще долго просто разговаривали со стариками.

— Что наши бабушки здесь видят? Одни и те же лица персонала, да телевизор. А нашим подопечным так хочется поговорить по душам. Они мечтают, чтобы к ним пришли гости, рассказали о себе да об их жизни послушали. Приезжайте к нам, не бойтесь, — говорит Любовь Орел, заведующая домом престарелых. — Я понимаю, что многим тяжело смотреть на стариков, и условия, в которых они живут. Я видела, как девчонки-волонтеры плакали от обиды за людей, которые всю жизнь проработали, а в итоге живут здесь, а их пенсия — пшик. Но что делать?
Как и в других подобных местах, здесь накопился ворох нерешенных проблем: крыша протекает, полы прогнили и так далее. «И так все время. Отремонтировали одно, ищем деньги на другое», — признавались волонтеры.

Ребята стараются и чем-то занять здешних обитателей — клейкой конвертов, плетением ковриков. И, как оказалось, это намного важнее для них, чем помощь. Получив «заказ», они чувствуют свою значимость, пользу, и это придает им сил.
«Я люблю ее до слез»
Дом престарелых занимает лишь часть старой сельской больницы. И заведующая Любовь Орел рассказывала, что есть несколько пустующих палат, можно сделать там ремонт и расселить стариков, чтобы они жили по двое, а не втроем или вчетвером. Ведь ужиться с незнакомым человеком в столь преклонном возрасте сложно, ссоры соседей — типичная история для всех домов престарелых.

— Я уже всяких соседок видела. Одна даже кинулась на меня, лупить начала, — жаловалась нам бабушка Клавдия. — Хорошо моя соседка и подружка Таня заступилась. Кричит: «Не трогай ее», а тут и бригадир пришел (бабушка разволновалась так, что назвала «бригадиром» няню). И с тех пор Танечка мне за родную сестру. Я вот проснусь, спрашиваю: «Как дела?», иногда она молчит, и тогда я думаю: «И я помолчу, не буду мешать». Я ее люблю до слез. И убейте меня, не перейду в другую палату! Я заведующей так и сказала: «Сдохну, но никуда от нее не пойду».

Добавим, что в дом престарелых попадают не только одинокие старики. У нашей собеседницы есть дочери, но живут они в России, мать не навещают. Есть у нее в поселке и внуки. Нянечки тихонько рассказывали, что они «неблагополучные» — у бабушки отбирали пенсию, толком не кормили, не заботились о ней. Но она все равно каждый день ждет, что ее навестят. И откладывает из своей крохотной пенсии деньги для внучат.
«Стихи – моя жизнь»
Старики иногда просят волонтеров привезти им новое платье, халат, что-то сладкое. А 80-летняя Надежда Григорьевна попросила томик испанского поэта Федерико Гарсиа Лорки в украинском переводе.

Она родилась в Перемоге, но, став геологом, исколесила всю страну, долгое время работала в Новосибирске, Киеве. С детства и по сегодняшний день пишет стихи, издала книгу.

— И хочу подготовить к печати еще одну. Работа — жизнь. Без нее мы тут просто существуем, — говорит Надежда Григорьевна. А нянечки добавили, что пенсионерка активно интересуется политикой и даже ездила несколько раз на Майдан: «Она бы и сейчас в Киев поехала, но ноги болят».
«Взял меня фашист за руку, достал нож…»
— Старая я, а смерти нет. 89-й мне идет, — с улыбкой рассказывает Татьяна Максимовна. — Жизнь не легкая была. В голодовку забирали у нас продукты, и я забыть не могу, как вырывали у мамы из рук мешочек с фасолью, а она не выпускала, надеялась, что порвется ткань, и все что упадет на пол — останется нам. Не порвался…

Бабушка вспоминает, как ходила рвать дикий щавель, как однажды нашла в поле половину картошки.

— Я радостная прибежала домой: «Мама! Смотрите, что у меня есть!» Поставили 20-литровый чугунок, кинули туда мою находку, добавили лебеды. Сварили. И я ложкой бовтаю-бовтаю, а картошки нет. Лебедянкой наелась, — говорит Татьяна Максимовна. — Еще войну забыть не могу. Вышла я раз из дома, а у двора военный стонет: «Мне бы водички». Я в хату, возвращаюсь к нему с кружкой, и вдруг немец — и «гогочет» что-то на своем. И этот фашист берет меня за руку, а потом достает нож и по пальцу меня бьет! Отрезал начисто, на одной шкурке повис. Соседи меня лечили. Говорят: «Ты девочка, плохо тебе будет без пальца». Сделали дощечки, прибинтовали, заросло.
Бабушка продолжает вспоминать военные годы, рассказывает, что были среди немцев офицеры, которые кормили ее бутербродами:

— Кричали мне: «Киндер, на!», и дают покушать. А хлеб у них так тоненько порезан, а свинины толстый слой. А по вечерам они в карты ходили играть. Уходили в кожанках, а возвращались в одних рубашках. На следующий день опять карты, и уходят в рубашках, а возвращаются в кожанках.

Рассказывала бабушка и о послевоенной жизни. Но коротко и с горечью: «Стаж у меня 42 года. Работала я тяжело. Но платили в колхозе мало, и пенсия у меня мизерная».
Коврик Малевича
— Валера, а где ты работал до того, как сюда попасть?

— Да кто ж вам правду расскажет? Может, я секретный агент, — пытается отшутиться 44-летний мужчина, потом со вздохом признается. — Даже не знаю, как эта специальность называется: «Принеси, подай, отойди, не мешай». На стройке жизнь строил. Достроился…

В дом престарелых наш собеседник попал четыре года назад:

— Отморозил ноги, потом больница, потом ампутация, потом сюда, — рассказывает он нам. А персонал тихонько добавляет: «Рот у него дырявый был. Пить не умел, вот по глупости и стал инвалидом».

О жизни со стариками мужчина простодушно говорит:

— Без привычки тяжело. Одна кричит, другой ойкает, третьей нужно памперс менять. Сегодня дед, с которым я жил — умер. Как к такому привыкнешь? Спасает рыбалка и вот эти коврики. Приехали волонтеры, научили меня их плести. Готовые работы они продают в благотворительном магазине, часть денег мне отдают. И это теперь для меня, как работа — я с восьми до восьми вожусь с узорами, — глаза нашего собеседника загораются, он начинает показывать коврики, делится идеями. — Вот делал котика, а вместо него череп получился! А было дело, привезли мне ветошь, а там только черное и белое. Думаю: может квадрат Малевича сделать?

Волонтеры добавляют, что у Валеры с новой работой словно крылья появились. И сетовали, что художнику не хватает для работы ветоши (основное сырье — старая одежда).
Впечатления волонтера
— С чего все началось? Каждый раз, когда мне задают этот вопрос, я думаю: «Правильно ли я на него отвечаю?» Всегда хочется сказать: «По чистой случайности». У меня есть хорошая знакомая, которая сказала: «Поехали со мной в Перемогу». И я согласилась, — рассказывает волонтер Ирина. — Мое первое впечатление было: «Ужас». До этого я никогда не была ни в хосписе, ни в доме престарелых, никогда не видела в таком количестве инвалидов, одиноких старичков.

Женщина рассказывает, что в первый приезд они пообещали помочь с покупкой новой электроплиты.

— И когда собрали деньги, я неожиданно для себя понял, что этих стариков не брошу, — признается Ирина. — Как можно спокойно жить, когда знаешь, что там столько проблем? Там все старое, все разрушается. И это как бездонная бочка. Завхоз видит одни проблемы, заведующая — другие, а у них тем временем крыша течет, а на ее ремонт нужна астрономическая сумма. Но когда ищешь деньги, невольно думаешь: «Не забываем ли мы при этом о людях?» Новая плита — хорошо, но дедули и бабули «засыпают», на них наваливается апатия, им ничего не интересно. Им нужно что-то давать в руки, искать для них посильную работу. Нужно сделать так, чтобы они понимали, что полезны и нужны.
В чем нуждается дом престарелых

Памперсы

Моющие, чистящие средства, отбеливатели

Постельное белье

Шторы

Диваны, кресла, деревянные или пластиковые стулья

Прикроватные тумбочки

КОНТАКТЫ
Киевская область, Барышевский район, с. Перемога, ул. Садовая 4б

Заведующая
Любовь Леонидовна Орел
,
Тел. (098) 411-47-04


Директор терцентра соцпомощи Барышевского района

Иван Иванович Кутовой,
Тел. (067) 763-50-20


Контакты нашего корреспондента: Vlad_Abramov@vesti.ua, тел. +38 (067) 245-57-45

Читайте также на «Репортере»