Анатомия протеста

Почему физиологи, физики, зоологи, математики и ученые других специальностей вышли на акции протеста
Текст: Дмитрий Симонов
Фотография: Чумаченко Алексей/UkraFoto
Утро. 16 декабря. «No science — no future!» — скандирует группа молодых людей возле Администрации президента. В руках они держат плакаты с надписями «In science we trust», «Save science — save Ukraine», «Порошенко, підпиши».
Это хунта. Или, точнее сказать, научная хунта. Так они сами себя называют неформально. Первый раз они вышли на акцию протеста на прошлой неделе — 8 декабря, после того как Министерство финансов представило первый вариант закона о государственном бюджете на 2016 год. Несложно догадаться, что Минфин решил урезать деньги на науку, и это, естественно, возмутило научную общественность.
Но в действительности все не так просто. К урезанию бюджетов ученые были готовы, хотя радости по этому поводу не испытывали. Чтобы понять, против чего именно они протестуют, нужно для начала вернуться на год назад.

ЗЕРНА ОТ ПЛЕВЕЛ
Именно год назад была сформирована экспертная группа для работы над новой редакцией закона «О научной и научно-технической деятельности». Эта группа включала не только ученых, но и представителей всех заинтересованных сторон — вузов, парламента, правительства. Итогом ее работы стал проект документа — далеко не идеальный, но для всех приемлемый, и в научном сообществе его восприняли в целом позитивно.
Документ дает право научным учреждениям коммерциализировать свои разработки, их освобождают от уплаты ввозной пошлины и НДС за оборудование и расходные материалы. До 2025 года финансирование науки должно составить 3% от ВВП по примеру развитых стран. Притом что сегодня по закону на науку должно выделяться 1,7% от ВВП (фактическое финансирование всегда меньше, но это отдельный вопрос).
Однако самое важное, что есть в этом законе, — он создает условия для проведения международного аудита научной сферы в Украине. Такой аудит должен выяснить, кто в стране занимается наукой, а кто имитирует занятие ею. Результаты его проведения станут основой для реформы научной отрасли в нашей стране. А в том, что она необходима, не сомневается практически никто.
Представители украинской науки предварительно договорились об аудите с Германией. У этой страны есть соответствующий опыт, поскольку подобный аудит проводился при воссоединении ФРГ и ГДР.
26 ноября Верховная Рада 235 голосами приняла прогрессивный проект закона «О научной и научно-технической деятельности», что вызвало весьма бурную радость среди научных активистов. Оставалось лишь, чтобы его подписал президент. Но этого все еще не произошло. Зато случились другие события.

В ПЕРЕВОДЕ С РУССКОГО
Министерство финансов подало проект закона о государственном бюджете на 2016 год. Статья 30-я этого документа без лишних слов объясняет, что нужно сделать с научной сферой: к Национальной академии наук присоединить отраслевые академии, такие как Национальная академия медицинских наук, Национальная академия правовых наук и еще несколько. Все это нужно подчинить Министерству образования и науки, которое становится главным распорядителем бюджетных средств. Среди ученых этот проект восприняли как конец украинской науки, или того, что от нее все еще оставалось.
— Подчинить науку чиновникам — идиотизм. У профильного министерства нет ни знаний, ни кадров для такой работы, — говорит Наталья Атамась, глава Совета молодых исследователей отделения общей биологии НАН Украины. — Эта идея всплыла еще в 2013 году при Януковиче и Табачнике как калька с российской «реформы» науки. Тогда украинскую науку спас Майдан. Но через два года псевдореформа имени Путина — Табачника догнала нас в проекте госбюджета от Кабмина.
Негативных моментов сразу несколько. Национальная академия наук — практически единственное место в нашей стране, где остаются очаги науки, — всегда сама распоряжалась своим бюджетом. Сказать, что это всегда было прозрачно и справедливо, было бы слишком большим преувеличением. Но решить эту проблему как раз и должен тот самый закон «О научной и научно-технической деятельности», который никак не подпишет Петр Порошенко.
В этом законе, который так долго готовила экспертная группа, нет ни слова о том, что именно МОН будет распоряжаться деньгами на науку. Надо сказать, что по факту министерство в первую очередь занимается образованием, а потом уже вопросами науки. Поэтому при всем его желании не понятно, как оно сможет эффективно управлять наукой.
Если говорить об упомянутой российской реформе наук, то с точки зрения ученых она принесла одни лишь проблемы. На практике реформа привела к многократному увеличению бюрократической нагрузки, которая к самой научной деятельности не имеет никакого отношения. Федеральное агентство научных организаций (ФАНО), которое должно заниматься хозяйственными вопросами науки, стало вмешиваться в вопросы чисто научные, в которых оно некомпетентно.
Словом, украинские ученые шутят, что после антиреформы осталось лишь подождать, пока российские законы переведут на украинский язык. А также опасаются, что чиновники быстро найдут способ «оптимизации» недвижимости, которой сегодня владеет НАН, — это в том числе здания, находящиеся в центре столицы. Мало того, в ведении НАН находятся объекты природно-заповедного фонда, например два биосферных заповедника — еще тот лакомый кусок.
Сама по себе идея слить все академии наук в одну не слишком хороша хотя бы потому, что некоторые из них были созданы специально под «академиков» типа Дмитрия Табачника, которым места в НАН не нашлось.

СИЛЬНОЕ ЗВЕНО
Вот, собственно, те аргументы, которые заставили молодых ученых выйти на митинг к Верховной Раде 8 декабря. Почему молодых, понять просто и в то же время сложно. Но важно.
Просто — потому что при любом урезании или закручивании гаек пострадают в первую очередь именно они, не имеющие регалий, званий и кабинетов. Сложно — потому что если не каждого из них, то многих ждут в Европе, США или в какой-то украинской коммерческой фармацевтической или биотехнологической компании. И отнюдь не на те копейки, которые они получают в своем институте. Причем версии о том, что ученых на митинг вывело руководство НАН, столь же правдоподобны, как и то, что людей на Евромайдан вдохновили Яценюк, Тягнибок и Кличко. Просто «их достало».
— Я готов к тому, что науку в Украине закроют. Просто пускай они скажут об этом прямо, и я начну искать себе работу, — говорит один из участников митинга. И ни капли сомнения в том, что на улице он не останется. И в его новом офисе или лаборатории точно будут топить зимой.
На сайте Официального интернет-представительства Президента Украины петиция «Спасем науку Украины» всем на удивление вышла на первую страницу самых популярных обращений. К настоящему моменту ее подписали более 9 тысяч человек, а до конца сбора подписей остается 78 дней.
Очевидно, реакция активной части научного сообщества оказалась достаточной для того, чтобы во втором варианте проекта закона о государственном бюджете на 2016 год, который начали рассматривать в Раде 17 декабря, статья, посвященная науке, выглядела совсем иначе. Уже не идет речь о том, чтобы подчинить Национальную академию наук МОНу. О слиянии академий наук также нет упоминаний. Зато есть требование до 1 августа провести оптимизацию научных учреждений и их сотрудников. Эта задача поручается Кабмину, НАН и отраслевым академиям наук.
Можно только догадываться о том, как это будет сделано в такие сжатые сроки и если закон «О научной и научно-технической деятельности» подписан не будет. Ни одного слова о международном аудите, который может обеспечить объективность такой оптимизации, в проекте бюджета нет. Формально оптимизировать отрасль будет закон о бюджете, хотя, согласно выводам Главного научно-экспертного управления Верховной Рады, закон этого делать не может. И несмотря на это, будущий закон обязывает Кабмин, Национальную академию наук и отраслевые академии провести реорганизацию научной отрасли, которая будет включать в том числе ликвидацию и объединение научных учреждений.
В последние два года Украина многое узнала о себе. Среди прочего оказалось, что у нее есть наука и люди, которые делают эту науку. Из лабораторий они все чаще приходят в телестудии и лекционные залы, чтобы рассказать о том, чем занимаются, чего достигли и зачем вообще обществу нужна наука. А на прошлой и этой неделе мы узнали, что у нашей науки есть зубы. И зубы эти — молодые и крепкие.
Можно потрогать
Основной продукт работы ученых — результаты научных исследований, которые публикуются в специализированных изданиях. Очень часто ученые во всем мире, занимаясь исследованием того или иного вопроса, не знают, будут ли полученные результаты применяться на практике, а если будут, то каким образом. Коммерческим внедрением научных открытий обычно занимаются не сами ученые, а технопарки, высокотехнологические компании, различные «силиконовые долины». В Украине условия и специальная инфраструктура для коммерциализации науки отсутствуют почти полностью. Тем не менее у наших ученых есть не только открытия, но совершенно конкретные продукты и технологии, созданные в разные годы на их базе.*
Графен
Очень перспективный материал, который в скором будущем может найти или уже нашел применение в солнечных батареях, электрических аккумуляторах, электронике, военной промышленности и не только. Нобелевскую премию за его открытие в 2010 году получили британские ученые российского происхождения, но еще до их работ весомый вклад в изучение графена внесли украинские ученые из Института теоретической физики им. Н. Н. Боголюбова.
Генетически модифицированный рис
Обычный рис накапливает в зернах мышьяк, содержащийся в почве. В итоге такой рис вредит здоровью человека. В Институте пищевых биотехнологий и геномики НАН Украины создали ГМ-рис, лишенный этого недостатка и, следовательно, безопасный для здоровья человека.
Биотопливо из сахарного сорго и рыжея
Эти культуры с экономической точки зрения более привлекательны для производства биотоплива по сравнению с кукурузой, ячменем или сахарной свеклой. Технология разработана в Институте пищевых биотехнологий и геномики НАН Украины.
Биокерамические имплантаты
Фактически искусственный заменитель человеческой кости, который используется в практической медицине. Разработка Института проблем материаловедения НАН Украины.
Сапфировые оптические диски
Разработаны совместными усилиям целого ряда институтов НАН. Позволяют хранить информацию на протяжении 10 тысяч лет.
Портативный доплеровский дм-Радиолокатор
С его помощью можно обнаруживать живых людей под завалами на глубине до 5 метров. Разработка Института радиофизики и электроники НАН Украины.
Технология электросварки живых тканей
С помощью этой технологии выполнено более 100 тысяч операций. Имеет целый ряд преимуществ по сравнению с другими методами соединения тканей. Разработана в Институте электросварки им. Патона совместно с рядом других медицинских и научных учреждений.
Технология адресной доставки противораковых препаратов непосредственно в опухоль
Так называемая «магнитная жидкость» позволяет более эффективно использовать традиционные препараты для лечения рака, избегая при этом побочных эффектов. Находится на стадии разработки в Институте экспериментальной патологии, онкологии и радиобиологии им. Кавецкого.
Препарат «Кровоспас»
Более дешевый аналог целлокса — препарата для остановки крови, разработанный Институтом физической химии НАН Украины.
Маммограф
Разработка украинских ученых, которая позволяет диагностировать рак молочной железы на ранних стадиях.
* Из открытых источников, в том числе презентации, составленной академиком А. Г. Наумовцом