Текст: Василий Яценко

16 ноября в Киеве состоялась Международная антикоррупционная конференция, выступая на которой Петр Порошенко назвал коррупцию раковой опухолью украинского общества. По словам главы государства, в первых рядах коррупционеров находятся правоохранительные органы. Как результат — борьба с коррупцией является ключевым требованием западных союзников при выдаче кредитов и помощи Украине. И для этих целей за последний год был создан целый ряд новых органов. К большому сожалению украинских граждан и удивлению западных дипломатов, ни один из новосозданных антикоррупционных органов до сих пор так и не заработал, а с коррупцией в стране фактически никто не борется.

Много органов

Во-первых, у нас есть Национальное агентство по предотвращению коррупции. Решение о его создании было принято правительством еще 18 марта. Агентство должно стать главным превентивным органом в сфере пред­отвращения коррупции. Его задача — создание до конца текущего года электронной формы декларирования имущества госчиновниками с соответствующим сайтом. Руководитель агентства до сих пор не назначен, оно фактически не работает. Реестр деклараций чиновников ведут на волонтерских началах журналисты и активисты.

Во-вторых, существует Национальный совет по вопросам антикоррупционной политики. Создан он указом президента в октябре прошлого года. Его основная функция — осуществление системного анализа состояния пред­отвращения и противодействия коррупции в Украине и эффективности реализации антикоррупционной стратегии. Практически год ушел на формирование персонального состава Национального совета по вопросам антикоррупционной политики — 26 сентября этого года персональный состав был утвержден указом президента, совет возглавил Мустафа Джемилев. Cпустя год после создания, 6 октября, прошло первое заседание совета, которое было посвящено вопросу о возврате нормы советского УПК об аресте подозреваемых в коррупции (сейчас их до суда выпускают под залог).

В-третьих, есть Национальное антикоррупционное бюро Украины. Именно на него делают ставку западные союзники. Его задача — ловить коррупционеров в парламенте, правительстве и Администрации президента. Бюро создано, назначен его руководитель Артем Сытник. Однако коррупционеров детективы бюро пока не ловят. Проблемы две. Первая: не создана  антикоррупционная прокуратура и нет антикоррупционного прокурора — это специализированное подразделение Генпрокуратуры, которое должно представлять государственное обвинение в суде по преступлениям, которые расследовали детективы бюро. Вторая проблема — нет денег. По словам главы Бюро Артема Сытника, «правительство закладывает в бюджете на 2016 год для бюро такой размер финансирования, которого хватит только на заработную плату. Это не даст нам возможности полностью сформировать орган в материальном плане, обеспечить IТ-структуру, укомплектовать оперативное техническое управление специальной аппаратурой». То есть даже после назначения антикоррупционного прокурора бюро не сможет полноценно работать. Ведь привлечь к ответственности высокопоставленного коррупционера, а именно это основная задача НАБ, без надлежащего материально-технического обеспечения невозможно.

И в-четвертых, у нас имеется антикоррупционная прокуратура. Ее сотрудники должны представлять сторону государственного обвинения по делам, которые расследует Национальное антикоррупционное бюро, то есть сажать проворовавшихся депутатов, министров, судей и прокуроров. Отсутствие антикоррупционной прокуратуры стало ключевой причиной отказа в предоставлении Украине очередного транша кредита МВФ. Госдеп США был даже вынужден пообещать нам выделить дополнительный миллиард льготного кредита в случае, если антикоррупционная прокуратура все-таки будет создана.

Выборы прокурора

22 сентября приказ о ее создании генпрокурором был подписан. Однако до сих пор отсутствует глава антикоррупционной прокуратуры, его заместители, да и просто рядовые сотрудники. Второй месяц идет конфликт вокруг того, кто и как должен назначать антикоррупционного прокурора.

Европейская комиссия считает, что в комиссию по отбору прокурора должны входить независимые и авторитетные эксперты, в том числе и международные. Виктор Шокин вместо них назначил своих помощников и заместителей. В конкурсный отбор вынужден был вмешаться даже вице-президент США Байден и позвонить Петру Порошенко. Посол США в Украине Джеффри Пайетт так прокомментировал этот звонок: «Давайте посмотрим на Генеральную прокуратуру, там идет война между теми, кто пытается построить современное европейское государство, и теми, кто доволен системой, существовавшей во времена Януковича. Не должно быть никакого сомнения, на какой стороне США в данном противостоянии. Мы на стороне реформаторов. И это был месседж, который повторил вице-президент Байден во время последнего телефонного разговора с президентом Порошенко».

В результате до сих пор неясно, когда изберут антикоррупционного прокурора и кто именно займет эту должность. На конкурс было подано 360 заявок, из них 260 человек были допущены. Отбор состоит из нескольких этапов. Первый — тест на знание законодательства, проходивший 31 октября и 1 ноября. Второй, проводившийся 10 ноября, — тест на общие способности. По итогам двух этапов конкурса для проведения собеседования было отобрано 128 претендентов на занятие должностей антикоррупционного прокурора, его заместителей, а также руководителей подразделений антикоррупционной прокуратуры.

Дела нет

Параллельно с этими органами вскоре ожидается создание Национального агентства по выявлению, розыску и управлению активами, полученными от коррупционных преступлений, — соответствующий закон находится на подписи у президента. Также на столе у Петра Порошенко лежит закон о Государственном бюро расследований, которое будет заниматься расследованием коррупционных преступлений чиновников среднего звена.

Пока идет борьба за контроль над новыми органами по противодействию коррупции, с нею борются прокуратура, МВД и налоговая милиция. Результат прогнозируемый — количество раскрытых преступлений падает, качество следствия снижается, а коррупционеров, которые оказались за решеткой, можно пересчитать по пальцам.

В 2013 году были осуждены 1 617 различных коррупционеров и взяточников. Против полутора тысяч человек дела закрыты, и 43 человека оправданы. Это был расцвет режима Виктора Януковича, когда коррупция была везде. Что изменилось в следующем году, после смены власти? За весь прошлый год в суды поступило только 303 дела о преступлениях в сфере служебной и профессиональной деятельности, то есть в разы меньше. За 2014 год было осуждено 336 взяточников — почти в пять раз меньше. Большинство из них уже на свободе, поскольку получили наказания, не связанные с тюрьмой, например штраф или условный срок. На начало 2015 года во всех судах страны рассматривалось только 375 дел о служебных преступлениях, по которым проходило 623 подсудимых. Из них лишь 23 подсудимых — по «тяжелым» статьям, по которым были шансы получить реальные приговоры.

За два года количество коррупционеров, дела которых рассматриваются в судах, уменьшилось более чем вдвое, а организованных групп коррупционеров в стране почти нет. То есть если верить судебной статистике, то борьба с коррупцией проводится только через пресс-релизы МВД и прокуратуры — подавляющее большинство как громких, так и малоизвестных дел против крупных и мелких коррупционеров теряется где-то на этапе досудебного следствия. А точнее — до суда доходит в лучшем случае только одно из 10 дел.