Текст: Светлана Крюкова, Алла Шаманская

— Не фотографируйте нас! Мы же государственные злодеи, — то ли в шутку, то ли всерьез говорит заместитель министра финансов Анатолий Матвийчук. Он — чиновник со стажем и сегодня в Минфине отвечает за социальный блок. Его главная задача — отыскать в госбюджете необходимое количество средств, чтобы в течение года профинансировать все обязательства государства по соцвыплатам. Поскольку денег нет ни на что, Матвийчук в замешательстве. Он будет резать и замораживать обязательства, в случае если на финансирование соцрасходов в бюджете не будет достаточного ресурса.

Мы встречаемся в кабинете у первого замминистра финансов Игоря Уманского, которому Матвийчук принес на подпись очередную порцию бумаг. В этот раз — по финансированию дефицита Пенсионного фонда

Оба госслужащих высокого ранга выглядят усталыми и подавленными. Прошедшая неделя выдалась для них утомительной: в страну приехали представители миссии Международного валютного фонда, задача которых — изучить и проанализировать целый пакет документов бюджетного и налогового законодательства, принятых Радой в канун Нового года. Это серия документов, в которых успели разобраться далеко не все чиновники центральной власти. Уманский и Матвийчук — те редкие специалисты, которые способны понять и расшифровать кредиторам, что же было принято на самом деле.

Результаты рабочей командировки иностранцев лягут в основу решения МВФ о предоставлении Украине транша помощи по новой программе Extended Fund Facility (Механизм расширенного финансирования). Концептуальная договоренность об этом была достигнута во время встречи в Давосе между директором-распорядителем МВФ Кристин Лагард, украинским президентом Петром Порошенко, министром финансов Натальей Яресько и главой Нацбанка Валерией Гонтаревой. До 30 января правительство и НБУ должны завершить переговоры с миссией, чтобы принять окончательное решение по кредиту. Срок финансирования может составить от пяти до десяти лет, объем — до шести квот Украины в МВФ. Сейчас квота Украины составляет около 1,37 млрд SDR, то есть объем финансирования может быть 8,2 млрд SDR, или около $12 млрд. Если переговоры завершатся успешно, то в марте Украина сможет получить первый транш по новому кредиту. Если нет — стране стоит готовиться к дефолту и новому повороту в украинской истории.

На практике программа Exten-ded Fund Facility — это фактически механизм внешнего управления финансовой и банковской системой страны. По крайней мере об этом говорит практика применения программы в Пакистане и на Сейшельских островах. Технология проста: страна, потенциальный заемщик, готовит и презентует МВФ программу реформ, под реализацию которой и получает деньги. При этом значительная часть кредита идет не на пополнение золотовалютных резервов НБУ, а напрямую на финансирование дефицита бюджета.

— Все страны, которые обращаются за кредитом к МВФ, выражаясь словами Льва Толстого, «счастливы одинаково, и несчастны каждая по-своему». Когда речь идет об отношениях с фондом, деньги не выдаются по запросу страны. В меморандуме о финансовой и экономической политике есть график выдачи денег и условия, которые являются так называемыми структурными маяками. Это индикаторы развития государства, — рассказывает руководитель Института экономических исследований
и политических консультаций Игорь Бураковский. — Если у нас есть какое-то обязательство, то маяк — свидетельство его выполнения. Грубо говоря, мы расстреляли всех судей-коррупционеров — прекрасно, маяк как маяк. После этого украинский Кабмин пишет письмо в МВФ с просьбой предоставить следующий транш. В страну опять направляется миссия, которая решает, стоит ли давать деньги. Проблема Украины была в том, что мы начинали сотрудничество с МВФ по программе stand-by, предполагающей выделение быстрых денег во время кризиса. Они имеют свои параметры. Со времен заключения такого кредита в стране очень многое изменилось, и такие условия нам не подходят. Поэтому мы решили перейти к другому формату сотрудничества: standard financial facilities — грубо говоря, линия усиленного кредитования. Это, как правило, долгосрочные кредиты, с большим сроком погашения.

Информация, поступающая из кулуаров правительства, говорит о том, что переговоры идут сложно. Миссия МВФ, которая должна была покинуть Украину в конце января, продолжила работу в Киеве. Видимо, иностранцам по-прежнему многое у нас непонятно.

Пакет традиционный

— Вот сидим, объясняем, что к чему. Опять встречаемся в выходные с представителями миссии. Дело в том, что в последние дни декабря прошлого года мы приняли 17 законов, вносящих поправки в бюджетное и налоговое законодательство, — рассказывает «Репортеру» Игорь Уманский. — Принималось все в напряженном графике. Многие, в том числе депутаты в зале, не до конца осознавали, за что голосовали. Шли и политические, и идеологические торги. Некоторые вещи менялись по ходу принятия.

— После того как все поймут, за что же они проголосовали, мы будем готовить пакет поправок
в бюджет, который должен быть вынесен на рассмотрение парламента до конца февраля. Пока что вам в правительстве никто не сможет сформулировать, что именно это будут за поправки. Потому что нам самим еще не сказали, чего от нас хотят. Сейчас миссия изучает все то, что мы приняли, пишет свои оценки — и с точки зрения рисков, и того, как это будет работать, и с точки зрения ситуации — и по году, и по среднесрочному сценарию. Мы им объясняем, спорим, не соглашаемся друг с другом. Фидбэка и пакета оценок тоже нет. Какие будут их оценки — посмотрим. Предварительно, по эмоциональному фону, все сводится к тому, что дефицит госбюжета и разрывы между доходами и расходами нужно будет уменьшать.


Расходы Пенсионного фонда правительство экономит и за счет замораживания выплат жителям неподконтрольных территорий на востоке

МВФ не просит от украинской власти ничего нового, уточняет Уманский. Требования кредиторов традиционны. Одно из них — побороть дефицит НАК «Нафтогаз Украины» (прогноз на этот год — 31,5 млрд грн), очевидно, через повышение тарифов на газ для граждан и коммунальных предприятий. Когда и в какой мере это произойдет, первый замминистра говорить пока не готов, ссылаясь на неутвержденную с НАКом концепцию.

— Предполагается, что на газовом рынке будет максимум две цены. Первая — на социальную норму и для производства тепла для населения. Вторая, реальная, — на все остальные потребности. По второй цене пока не рискну сказать никаких конкретных цифр. Следом за этим нужен ответ на вопрос, какой же будет льготная цена: 30%, 50% или 70% от полной. Хотя, сколько будет стоить газ в июне, не знает никто, потому что цена привязывается к определенной формуле и каждый раз пересчитывается. Понятно, что нефть дешевеет. Временной лаг будет отражаться на цене газа.

В парламенте говорят о том, что цена на газ для населения и коммунальщиков, согласно требованиям МВФ, может вырасти в семь раз. Но в правительстве это не подтверждают. 

Параллельно МВФ настаивает на уменьшении дефицита Пенсионного фонда, который, по прогнозам Минфина, в этом году составит 98 млрд грн и уменьшится, очевидно, благодаря дальнейшему ограничению размера спецпенсий, выплатам работающим пенсионерам и ограничениям максимального размера пенсий. Да и в целом бюджетный дефицит должен быть меньше. Прогноз на этот год — 63,7 млрд грн, вероятно, через дальнейшее сокращение льгот на проезд и ЖКХ и уменьшение расходов на госаппарат.

— Уменьшение дефицита Пенсионного фонда, зафиксированное как план в 2015 году, очень условное. Любому человеку, имеющему хоть какое-то отношение к выплате пенсий и социальных пособий, известно, что экономия достигнута за счет невыплаты пенсий и пособий жителям Донецкой и Луганской областей, — рассказывает «Репортеру» депутат, член экономического комитета Верховной Рады Юрий Воропаев. — Я знаю, что мэр Донецка передавал в Кабмин расчеты того, сколько средств перечислили в Пенсионный фонд предприятия только одного города Донецка и сколько средств было перечислено из Пенсионного фонда жителям города. Оказалось, что баланс в пользу Пенсионного фонда, если не ошибаюсь, около 200 млн грн. Справедливо? Наверное, нет. 

Из других пунктов переговоров с МВФ: финансовая самодостаточность регионов, программа по децентрализации финансов — одна из намеченных и запущенных правительством реформ, на которых представители власти регулярно делают акцент в публичной риторике. В рамках предоставления бóльших возможностей регионам Минфин передал на места право взимать налог на недвижимость и акцизный сбор, при этом отняв у муниципалов часть подоходного налога. Мэры малых городов уже заявили, что новые налоги, которые им «щедрой» рукой передают, — нерабочие и в ближайший год не позволят увеличить доходную часть местных бюджетов, чтобы профинансировать расходы и обязательства, которые, в свою очередь, прекращает финансировать Минфин.

— Теперь у городов будет не просто повод, а заинтересованность в том, чтобы быстро навести порядок в своих реестрах недвижимости. Вопросов нет, мы готовы уточнять, вносить правки в Налоговый и Бюджетный кодексы, государственные реестры, создавать местные реестры, унифицировать их. Но в целом создание реестров — их проблема. Нужны деньги — ускорятся, — говорит Уманский.

Воропаев заочно осекает министра:

— Уманский забыл, что по закону регистрацию вещных прав (на объекты недвижимости) в государственном реестре с 1 января 2013 года ведут подразделения Министерства юстиции. За это время для создания своих структур на местах, которые выполняют данную работу, они получили около 2 млрд грн. Два года местные советы и их коммунальные предприятия (в том числе БТИ) не выполняют эту функцию. В их архивах нет информации о регистрации за эти два года, она находится в структуре Минюста — в государственной регистрационной службе. Как местные органы смогут сделать такой реестр? Более того, сейчас на рассмотрении Верховной Рады находится законопроект и о передаче государственного реестра в частные руки, и о переориентации платежей за регистрацию из бюджета в частные руки. Павел Петренко, министр юстиции, за последние шесть месяцев уже трижды пытался протащить этот законопроект через Верховную Раду.


Год назад Игорь Уманский советовал правительству объявить деволт, но, заняв кресло в Минфине, стал осторожнее

Дефолт или реструктуризация

Пожалуй, самым болезненным вопросом для Украины в переговорах с МВФ является тема государственного долга. Треть бюджета сегодня уходит на его обслуживание и погашение, и на повестке
дня — вопрос о реструктуризации долгов прошлых периодов. По информации «Репортера», представители МВФ очень осторожно муссируют эту тему, опасаясь распугать инвесторов.

— Почти 75 млрд грн — сумма, которая в 2015 году пойдет на обслуживание долга. Это колоссальный объем денег. Ни одна статья не имеет соотношения даже близкого к этому, — уточняет Уманский.

По данным «Репортера», Кабмин уже объявил скрытый тендер на поиск инвестбанкиров, способных провести такую реструктуризацию, и фаворита выбирают в Национальном банке.

— С точки зрения экономики, реструктуризация не несет ничего плохого. В период переговоров
и предстоящих решений МВФ реструктуризация обязательств и перенос каких-то платежей на более поздний период — один из выходов в сложившейся ситуации, — считает Григорий Овчаренко, генеральный директор КУА «ОТП Капитал». — Финансовый рынок рассматривает этот сценарий как один из оптимальных выходов.

Игорь Уманский того же мнения, несмотря на то, что еще год назад в роли финансового эксперта он предлагал украинской власти расслабиться и просто объявить дефолт. Сегодня его точка зрения изменилась:

— Не нужно пугать дефолтом. От этого никому не будет хорошо. Кроме того, когда вы объявляете дефолт, это не означает, что вы перестаете платить по своим обязательствам. Вы просто перестаете платить в этот момент. И в этот момент к вам идут предъявлять обязательства в полном объеме все! А дальше все будет зависеть от вашего поведения и того, насколько вы адекватны. Если вы пойдете по модели Аргентины, которая в один момент сказала всем «все прощаем», то важно помнить, чем там все закончилось. Как и то, чем закончилась история дефолта в Венесуэле. У них без военных действий на территории страны были танки. На два года, по сути, была остановлена вся финансовая система. Банки не работали, электричество и газ не поставлялись, коммунальные предприятия не работали, магазины тоже. Был полный коллапс всего. Два года они потратили на то, чтобы как-то восстановить эту систему. Идти на реструктуризацию нужно сознательно, имея на руках четкую схему того, как вы будете договариваться с вашими партнерами. Если будем вести себя как обезьяна с гранатой, то получим аргентинский сценарий.

Отметим, что помимо чисто финансовых вопросов МВФ обозначил еще один: война. Кре-дитовать ли страну, в которой 90 млн грн в сутки безвозвратно уходит на боевые действия? Ответ на этот вопрос оказался для фонда не очевидным. По крайней мере Кристин Лагард в недавнем интервью сказала: МВФ рассчитывал, что ситуация стабилизируется прошлой осенью, но прогноз не оправдался. И для стран — партнеров фонда проблематично кредитовать страну, пока война не кончится. Задержку МВФ с выводами связывают именно с неопределенностью ситуации на фронте. Но война — это уже вопрос не к министерству финансов.