Текст: Анастасия Рафал

Фотографии: Сергей Поляков

«Дима-инопланетянин» называют его за глаза местные жители. Высокий, худой, экспрессивный, с густой светлой шевелюрой, Дима Львов и внешне, и внутренне напоминает типичного хипстера, приехавшего к бабушке в деревню. Даже речь выдает в нем завсегдатая модных городских арт-тусовок. Впрочем, все это осталось в далеком прошлом. Некогда оператор на телевидении, он уже пятый год живет в селе Концеба в четырех часах езды от Одессы и вместе с десятком единомышленников, променявших город на деревню, создает экопоселение будущего

Это был побег

— Я вел по большей части деструктивный образ жизни, — описывает Дима предысторию своего «бегства». — Был балдежником, любимчиком, мог ходить с бутылкой пивка по редакции. В 2008-м начался кризис, урезали зарплату, денег хватало на съем квартиры и на покушать. И я задумался: «Какие перспективы?» Среди моих друзей от 25 до 40 лет нет ни одного, кто бы заработал на квартиру. 90% арендуют жилье, еще процентов пять получили наследство от бабули, а остальные — это те, кто е…нулся на отлично и взял кредит. Сейчас они сидят и прозревают. Меня схватил личностный кризис: работать на дядю задолбало, а перспектив я не видел.


Идеолог «Новья» Дмитрий Львов. В прошлом одессит и оператор, он уже пятый год живет в глухом селе

Однажды Дима пьяным возвращался домой и не мог попасть в квартиру. Почему-то зашел в «аську», хотя не пользовался ею года три, и списался с подругой.

— Что там, как дела?

— Живем в деревне, приезжай.

— Ерунда вопрос, сейчас приеду.

И на следующий день Дима уже был в Концебе.

— Выхожу из маршрутки — звездное небо, сверчки трещат, птицы издают какие-то звуки. Я сразу понял: крутой местяк!

Через день он вернулся в Одессу, продал свой фотоаппарат и купил за 13 тысяч грн дом и 75 соток земли на окраине села.

— По большому счету я сбегал от своей неудачной работы и жизни. Это был побег. Я уже представлял себе, как буду рубить дрова, гулять, отдыхать. Но тут приехала мама…

Женщина в стиле прованс

Об Ульяне Повереновой следует сказать отдельно. Если сын весь хаос и энергия, то его мать — глубина и спокойствие. Архитектор и дизайнер, она выросла в местах, где было много простора и мало асфальта.  

— Мама, спасибо ей огромное, свозила меня на родину к отцу — в Чувашию. Это поля, ивы, там японский символизм прослеживается. И меня природа все время звала. Но дети маленькие, обеспечение на мне, — рассказывает женщина.


Архитектор из Одессы Ульяна Поверенова и ее дом из самана под очеретяной крышей

В дом на опушке она влюбилась сразу. Крохотная мазанка, крытая камышом, словно сошла с иллюстрации из учебника по истории. Что, в общем-то, и неудивительно, поскольку по документам этой хатке больше 100 лет.    

— Тут были все эти шторочки, плюшевые ковры, — умиляется Ульяна. — Чудеса начались сразу. Кто-то перевел на мою карточку $2 тысячи. Я обзвонила всех заказчиков. «Может, вы ошиблись»? Никто не сознался. И мы поняли, что пространство нас поддерживает.

Мы сидим втроем в просторной деревянной беседке, которую Дима собрал своими руками и где вся мебель — яркая иллюстрация того, как из ограниченного набора материалов и средств можно создавать прекрасные вещи.

— В этом и заключается работа дизайнера, — улыбается Ульяна. Расслабленная, ухоженная, с четко очерченными чертами лица, она словно создана для этих мест с дубовыми лесами, заброшенными шелковичными садами и лилово-сиреневыми закатами.

— Ей очень нравится стиль прованс, японские всякие загибоны, — объясняет Дима. — И она сразу так: дыж, проводим воду, делаем то, это. И я попал года на три-четыре в строительное рабство. Условно говоря, она берет меня на содержание, а я своими руками все делаю. И за это время я прокачался от криворукого городского хипстера до универсального самоделкина. У меня уже большой парк электроинструментов, я сам делаю мебель, сам провел все коммуникации. И… начал все по-новой.

Суперкрутой местяк

Сегодня у Димы есть уже свой дом, пока еще необустроенный, и даже небольшой бизнес.

— Однажды мы с другом срезали дорогу и случайно проходили через этот двор. «Блин, — говорю, — офигеть, это же суперкрутой местяк!» — вспоминает Львов.

На местности, полностью огороженной деревьями и кустарниками, он вместе с приятелем создал хостел. Можно сказать, собрал из подручных средств. 


«Триповня», или Белая комната, которую Дмитрий Львов вылепил собственными руками. Похоже на деревенский хай-тек

Переворачиваешь старую корзину, приделываешь лампочку и получается этнический светильник. Покрываешь сарай очеретом, выкладываешь у входа камни — и индейская хижина готова. Но это, конечно, мелочи: декор местности. Главное изваяние — «триповня».

— Это от слова «Триполье»? — уточняю.

— Это от слова trip — путешествие. 

Триповня — это белая комната, полностью вылепленная из самана. В ней нет углов — только изгибы и углубления. Здесь печь является продолжением стены, а кровати словно вырастают из пола.

— Саман — это глина с песком и соломой, из него созданы все мазанки, а в Концебе это 99% домов. По сути, это строительство с нулевым бюджетом. Потому что глина есть практически везде, а вместо соломы можно использовать сено или мелкие веточки. «Триповня» — это мой первый саманный опыт. Я вообще не знал, что это такое. Ну, лепил там из пластилина, год в Грековке учился (Одесское художественное училище. — «Репортер»). И еще я делал это в самое неподходящее время, в минусовые температуры, когда никто не работает с саманом.

Хостел будущего 

Саманный опыт сделал Диму знаменитым среди завсегдатаев экофестивалей. Он представлял свой проект на «Зеленой школе» в Киеве, проводил мастер-класс по саманному строительству на фестивале «Лолин» в Карпатах.

И постепенно выкристаллизовал свою идею — экостартап Newdom, или Новье. 

— Я хочу создать творческое поселение, медитативное арт-пространство, где будут воплощены все передовые экотехнологии, — увлеченно жестикулирует Львов. — Здесь разместятся разные мастерские. Первое, что я организую, — столярную: поначалу просто буду делать мебель на продажу. Начну с того же прованса. На будущий год приглашу специалистов по пермакультуре. Вот сейчас как занимаются земледелием? Вспашка, засевание. А есть мнение, что плодородность почвы зависит от находящихся в ней микроорганизмов на глубине от пяти до 25 сантиметров. И вспашка им категорически противопоказана. Потому что на каждом слое почвы свой температурный режим, своя кислотность. Или, скажем, есть растения, которые помогают друг другу существовать. Если посадить картошку и рядом горчицу, то не будет колорадского жука. Все взаимосвязано. То есть пермакультура — это способ максимального симбиоза человека и природы. Многие крутили пальцем у виска: «У тебя квартира в Одессе, и ты переехал в село, ты что, дебил?!» Но вот молодежь уезжает, чтобы работать во всяких «Обжорах» кассирами и охранниками. А это альтернатива! — заводится Дима. — Что мешает большинству эмигрировать в деревню и создать здесь свой агломерат?

Савранчата

Многие его друзья уже так и поступили. Например, программист Юра Салимовский, который обитает неподалеку вместе с женой и сыном. Йоги Женя и Люда. В прошлом страховщик Елена Власова и мастер маникюра Аня. Всего их тут в округе человек 40.

— И это только те, кого мы знаем, — говорит Дима. — Вот мама недавно познакомилась с профессором физмата, а сам я на днях батрачил у декана одного из одесских университетов.


Юрий Салимовский, программист из Одессы, и его сын Илья

Кто-то сдает квартиру в Одессе и с этого живет, другие работают удаленно, но многие находят клиентов прямо здесь. 

— Вы не думайте, что если село, то тут люди забитые, — говорит мастер маникюра Аня.

— Тут люди забивают, но они не забитые, — поддерживает ее кришнаит Максим. Он уже четвертый год обитает в соседней Саврани. Преподает йогу, причем в группу набирается до 25 человек. 

— И у меня тут тоже есть клиенты, — продолжает Аня.

— Люди подтягиваются, — кивает Юра Салимовский. — Когда мы покупали дом, по соседству жили преимущественно пенсионеры. А теперь улица помолодела, уже несколько молодых семей купили дома. 

У местных обитателей даже есть свой локальный чат — чат савранчат.   

— Летом Жене с Людой, йогам, надо было собрать рожь. Они кинули в чате клич. Собралось человек 20 с серпами, и все скосили, — вспоминает Дима.

Деревня превращается…

Благодаря ему Концеба стала знаменита далеко за пределами Одессы. Сюда подтягиваются и туристы, и волонтеры.

Например, Сергей Лукашевич определяет свою профессию весьма широко: «странник». Пару дней назад он ехал на велосипеде мимо Концебы, вспомнил, что где-то здесь проживает некий Дмитрий, о котором он смотрел ролики в YouTube, и заехал познакомиться.  

— Пообщались, я понял, что его идеи мне близки, и решил поучаствовать, — орудуя лопатой, рассказывает Сергей. Сейчас он роет яму для прокладки канализации.


В Концебе и ее окрестностях проживает до 40 горожан, сменивших квартиры на мазанки

В конце октября в Концебу приедет Андрей Бобровицкий, чтобы провести платный мастер-класс по модернизации дома.

— Он считается гуру экостроительства в Украине, строит дома для обеспеченных людей, — объясняет Дима. — Мы познакомились с ним на «Лолине».

Есть и постоянные клиенты, причем довольно состоятельные люди, которые могут себе позволить отдых в Испании.

— Но они регулярно, несколько раз в год, останавливаются в нашем хостеле. Потому что тут отличное место, много интересных красивых локаций, большое разнообразие всяких ландшафтных приколов. В шаговой доступности один из самых больших дубовых лесов — Савранский, — живописует Львов. — Тут можно идти и несколько часов никого не встречать. Разве что пастухов с коровами, и в этом тоже свой цимес.

Не говоря уже о том, что все село выглядит как старая забытая декорация к какому-нибудь фильму по мотивам украинской классики. Сколько ни иди вдоль по улице, повсюду стоят крохотные покосившиеся мазанки под камышовыми крышами — давно брошенные и позабытые.

Есть Надежда

Главное же привлечение Димы — Надя Тищенко. Организатор фестиваля «Лолин» и «Зеленой школы», она решила круто изменить свою жизнь: уволилась из единственного во Львове вегетарианского кафе, где работала арт-директором, и перебралась сюда.

— Я безумно ценю творческие идеи, — улыбается Надя. — Захотелось приключений. Хочу чего-то нового.

Что тянет современных успешных людей подальше от больших городов?

Вот Елена Власова занималась в Енакиево бизнесом, возглавляла страховую компанию.

— Я просто задумалась: работаю-работаю, а что дальше? В городе ведь постоянно гонишься за деньгами. Наша жизнь — это мясорубка. Наше образование обучает рабов, которые будут зарабатывать для кого-то миллионы, — рассуждает Елена. Она перебралась с мужем в село четыре года назад, задолго до событий на востоке страны. — Но война в Донбассе показала интересную вещь. Люди копят деньги, обрастают квартирами, машинами, имуществом. И когда в одночасье ты лишаешься всего, что у тебя остается? Голова на плечах и душа. Вот в этом и есть истинная сущность.