Текст: Елена Ветрова

— Люди, люди… Везде лежали, прямо на улицах, люди. Одни ничком, мертвые или без сознания. Другие — раненые и истекающие кровью. Одна женщина в синей куртке с опушкой кричала. Страшно так кричала. Но я почему-то побоялась к ней подойти. Я бежала с остановки автобуса домой не останавливаясь, и под ногами у меня дрожала земля, а на голову сыпались осколки стекла из выбитых окон. Почему я бежала домой? Казалось, что дома я смогу укрыться, спрятаться…

После пережитого кошмара моя собеседница, 40-летняя учительница музыки Наталья Снисарчук, стала другим человеком. Теперь в ее душе поселился липкий комок неописуемого страха. И избавиться от него она уже никогда не сможет. Никакие психологи не помогут. Стоит ли говорить, в каком состоянии находятся родственники погибших? Обстрел из «Градов» утром 24 января Восточного района Мариуполя разорвал их жизнь на «до» и «после». Напомню, что в результате трагедии было убито 30 мирных граждан. Более 100 получили ранения. Согласно выводам экспертов ОБСЕ, удары наносились с восточной стороны города — оттуда, где находятся позиции сепаратистов. Они якобы целились в украинский блокпост, но попали в жилые дома на окраине города…

«Пресвятая Богородица, спаси нас!»

Впервые я приехала в Мариуполь в последних числах августа минувшего года. В это время силы ДНР захватили расположенный неподалеку от столицы Приазовья городок Новоазовск. И начали обстрел окраин Мариуполя. Уже тогда меня мучил вопрос: как живется жителям города под звуки бесконечной канонады? Как удается спокойно ходить на работу, отдыхать в кафе по вечерам и планировать летний отпуск?

— Мы только сейчас, после 24 января, осознали в полной мере, что в наш город пришла война, — признается заместитель заведующего хирургическим отделением 4-й горбольницы Людмила Петровна. — Понимаете, мы слышали стрельбу каждый день. Но власть говорила: это учения. И в конце концов мы перестали обращать внимание на звуки выстрелов. Привыкли к ним. Тем более, это было где-то там, на блокпостах, за городом. Хоть и слышно, но где-то далеко. А теперь это тут, рядом с нами… 


Православный храм стал сердцем пострадавшего района. Здесь раздают горячую еду и одежду

— У нас блокпост в семистах метрах от дома находится, — всхлипывает 50-летняя Евгения Матяш. — Так что мы на стрельбу уже давно не реагировали. Даже мои маленькие внуки успокоились. Хотя в первые дни пугались и плакали. Вот и в эту субботу все было как всегда. Около половины десятого утра я собралась идти на работу. Вышла из калитки, слышу — бабахает. Ну, думаю, опять играются в войнушку. Прошла свой и соседский дом. И тут как началось! Я вдруг оказалась на земле. Почему, сразу даже не сообразила. Потом только поняла: да это же взрывная волна меня толканула! Ну что делать? Поднялась, поковыляла домой. Дочь меня перевязала, и мы, схватив детей, поехали к друзьям, подальше от стрельбы. До вечера я боли не чувствовала. Видно, шок был. А потом вдруг как накатило… Привез меня муж в больницу. А тут врач говорит: у вас осколочные ранения тазобедренной части. Надо оперировать. Знаете, я только сейчас, на больничной койке, осознаю, какими мы были наивными. Три месяца по краю пропасти ходили и не хотели этого видеть. А ведь все это время наша жизнь висела на волоске!

— Я помню только, как услышала жуткий грохот, — вспоминает 36-летняя Екатерина Федорова. — Выглянула в окно, а там все взрывается и горит. В ужасе схватила шестилетнюю дочку на руки и побежала к мосту на Правый берег. А что было делать?! У меня только одна мысль тогда была: надо ребенка спасти. Бегу и вижу на мосту плакат висит: «Пресвятая Богородица, спаси нас!» Тут-то ноги у меня и подкосились…

Церковь, пленка и горячая каша

В общей сложности во время обстрела 24 января в Восточном массиве Мариуполя пострадало около ста жилых высоток. А также 20 домов в частном секторе. Причем пять из них сгорели дотла.

— А как могло быть иначе? — горячится пенсионер Федор Николаевич. — Снаряды приземлялись на крыши, осколки залетали в окна квартир. Весь район теперь пустыми глазницами смотрит! А дыры, дыры, посмотри какие в домах!

 

 

— Я работаю в детском доме бухгалтером, — говорит Евгения Матяш. — И знаете, что меня больше всего тронуло? Во время обстрела здание детского дома совершенно не пострадало. Даже окна остались на месте. Такое ощущение, что Господь защитил сирот. А вот расположенная неподалеку школа осталась без крыши. Детей там, к счастью, в это время не было.

Сразу после обстрела многие местные обитатели покинули район. Уехали к родственникам и друзьям на Правый берег. Теперь возвращаются. Вооружаются совками и вениками, выгребают из домов битое стекло и бетонную крошку. Пока они только убирают придомовые территории. Но обещают привести в порядок и Киевский рынок. Во время обстрела там произошел сильный пожар.

— Звери! — говорят жители микрорайона. — Такое могли сделать только звери. Это же надо было — в выходной день, в то время, когда все люди идут на рынок за продуктами, такое устроить. Да что там! Вы на Киевскую, 48 загляните. Такого нигде не увидишь. Идите сразу на 9-й этаж в 35 квартиру…

Я отправляюсь туда. К счастью, пожилая хозяйка Раиса Ивановна Подопригора дома.

— Ну вот смотрите, — говорит она. — Когда обстрел начался, я как раз шла из кухни в большую комнату, мимо спальни. И вдруг ба-бах! Пыль, осколки… Я думаю: все, конец, мне! Ну и ладно. Пора уже… Потом, когда пыль улеглась, смотрю, а потолка в спальной комнате больше нет. Бетонные перекрытия обвалились на пол, и небо видно! Вчера заглянули ко мне саперы. Снаряд искали невзорвавшийся. Слава богу, его не оказалось. Сегодня я сама ходила в исполком. Обещают чем-то дыру в крыше залатать. Но пока еще никто не появлялся. Хорошо, что возле церкви пленку раздают. Хоть окно затянула.

Православный храм стал сердцем Восточного после 24 января. И не только потому, что здесь раздают пленку, горячую кашу и одежду. Дело в том, что прямо под иконами Иисуса Христа и Девы Марии за длинными столами на лавках разместились сотрудники городской администрации. Они принимают заявления от граждан, которые нуждаются в ремонте квартир.

— Вчера 500 заявлений приняли, — говорит один из чиновников. — Сегодня, думаю, еще больше будет. Видите, какая очередь собралась! Когда начнут ремонтировать, я вам не скажу. Сначала надо с заявлениями разобраться. Посчитать, сколько уйдет денег на восстановительные работы.

Следом за мной к чиновнику протискивается молодой мужчина.

— Я живу в частном секторе, — громко говорит он. — У меня есть старые оконные рамы. Могу отдать, кому надо. Надо?

— Подождите! — отвечает ему чиновник. — Сейчас скажу. — И поворачивается ко мне: — Вот видите, горе объединяет людей! Но, увы, не всех. Вчера возле супермаркета мужчина с женщиной подрались. Она утверждала, что по Марику стреляли украинцы. А он — что русские…

«Люди, остановитесь!»

Действительно, не стоит питать иллюзий и утверждать, что все жители Мариуполя после случившегося теперь поддерживают Украину. Сторонников России и сепаратистов здесь хватает.

— Они смотрят по спутнику российские каналы и верят им, — говорит один из местных журналистов. — Даже после обстрела Восточного микрорайона эти люди так и не поняли, что произошло. Они уверены, что по городу стреляла украинская армия.

 

 Незадолго до того в больнице я поговорила с раненой пенсионеркой.

— Скажите президенту, чтобы он прекратил эту мясорубку! — сразу потребовала она. — Надо договариваться. Почему Порошенко не поехал к Путину просить мира?

— А как вы предлагаете договориться с Путиным? — спрашиваю я. — Вот вы получили ранение, а стреляли, как утверждают эксперты, сепаратисты, которых поддерживает Россия.

Женщина на минуту замолкает. А потом начинает плакать.

— Полезли черт-те куда. Вы что думаете, с этими можно договориться? С Америкой этой… Она же агрессор! Надо к соседям идти. Они самые-самые… Я так считаю…

Немного раньше подобные слова я услышала и от 45-ленего заводского работяги.

— Вступление в ЕС и НАТО не стоит таких жертв! — заявил он. — И вообще, для нас и русские, и украинцы — свои. Надо вам договориться. Иначе все сотрете с лица земли. В Киеве думают: «всрусь, а не покорюсь!» Да не бывает так, всегда прав тот, кто сильнее. Ну а мне уже все равно, какая власть. Лишь бы был мир.

Конечно, пока сторонники ДНР себя в Мариуполе явно не проявляют. Видимо, опасаются. Но масла в огонь все-таки подливают.

— У нас очень много нейтральных людей, — говорит бизнесмен Сергей. — Они настроены так: все равно, кто у руля, лишь бы нам не мешали жить. Но те, кто поддерживает ДНР, их постоянно накручивают. Слухи на рынках распускают, нагнетают панику. А еще наши военные повод возмущаться властью дают. Я пару дней назад случайно проехал на желтый свет. Останавливают меня гаишник и двое парней из добровольческого батальона. И один из добровольцев ствол мне в живот сует, а второй руки за спиной скручивает. Мол, ты на краденой машине по городу гоняешь, а я тут стою и мерзну. Ну куда это годится? Я, чтобы купить автомобиль и заработать на свой бизнес, 10 лет на вредном производстве батрачил! На Евромайдане стоял. А он мне автомат тычет…

 

— Я вам так скажу, — вторит Сергею его приятель 50-летний Леонид. — Я, например, просто хочу сохранить то, что создавал. Свой дом, бизнес, квартиру. Здоровье у меня уже не то, чтобы заново начинать. И я понимаю, что у нашей власти два пути. В первом случае надо действовать по правилам девяностых: хочешь жить — умей договориться с партнером и делиться прибылью. Проще говоря, с Кремлем. А если нет, если нет желания ехать в Москву, надо договариваться с Европой о вводе миротворческого контингента. Иначе мы все тут пропадем. Эти обстрелы не прекратятся никогда.

Впрочем, проукраинские настроения в Мариуполе также сильны.

— Конечно, многим людям все равно — красные, белые или желтые, — говорит мариупольский журналист, сторонник единой Украины. — Большинство жителей Мариуполя интересует в первую очередь собственное благополучие. И надо им его обеспечить. Ясно, конечно, что с Кремлем не договоришься. Ему не Донбасс нужен, а вся Украина. И поэтому он не остановится. А нам пора уже действовать. Сколько можно народ мучить?! После случившегося люди пока еще в себя не пришли. Пребывают в депрессии. Но когда она пройдет, недовольство властью станет нарастать. Особенно если произойдет еще один обстрел. Поэтому надо наступать, чтобы прогнать врага. Причем делать это быстро. Иначе народ не выдержит.

— Я живу здесь и вижу, как это все глубоко зашло и как запутано, — плачет раненая Евгения Матяш. — Меня окружают ярые сторонники как Украины, так и ДНР. А есть такие, как я. И нас большинство. Тех, кто просто от всего этого очень устал. Если бы вы могли передать нашей власти мое послание, я бы им сказала: люди, остановитесь! Не знаю, кто виноват, а кто прав. Но хватит топорщить свои перья. Подумайте о том, что мы все под Богом ходим. И все одинаковы, независимо от того, какой мы пост занимаем и какие у нас погоны — большие или маленькие. Надо уступить друг другу. Надо, чтобы наступил мир.


В Мариуполе разрушены десятки квартир, домов, автомобилей. Повреждены школы и детские сады