Текст: Дмитрий Коротков

В Украине началась конституционная лихорадка. Началась неожиданно для многих, так как в течение года — после того как Петр Порошенко, едва став президентом, выдал на-гора свой вариант конституционной децентрализации, а Рада его завалила — власть не делала ничего для обещанного ею изменения Конституции. Лишь в апреле нынешнего года в режиме «ни шатко ни валко» была создана Конституционная комиссия, которая в таком же режиме и работала. И вдруг в последние недели оказалось, что децентрализация для власти даже важнее предстоящего дефолта

По сути, проект реформы Конституции за Конституционную комиссию написали на Банковой. Комиссия лишь внесла правки в тех случаях, когда президентская ветвь хотела слишком многого, по мнению ее парламентских и кабминовских оппонентов.

Проект в итоге оказался весьма консервативным. С одной стороны, в нем нет явного крена в сторону полномочий Порошенко в виде представителей президента на местах — их заменили префекты, одинаково зависимые и от гаранта, и от премьера. С другой — в сравнении с порошенковским творением годичной давности, из него исчезли такие децентрализационные нормы, как право языкового самоопределения регионов. Сейчас оно по факту существует благодаря закону о языковой политике, но Рада может все отменить 226 голосами (как уже делала в феврале прошлого года), и никакая децентрализация не поможет.

Впрочем, присутствие или отсутствие вышеназванных норм оказалось в тени самого резонансного пункта проекта — упоминания в переходных положениях особого статуса Донбасса. Именно это, а также внезапное ускорение конституционного процесса стало главными маркерами последних недель.

«Смотрящая» Меркель

Почему же процесс ускорился и почему в переходные положения Конституции внесли особый статус Донбасса? Никто не делает секрета из того, что движущей силой реформы стал Запад. Если конкретнее — Ангела Меркель.

На этой неделе Збигнев Бжезинский, легендарный советник по национальной безопасности еще президента Джимми Картера, публично произнес то, что в кулуарах говорилось уже давно: Белый дом отдал украинский вопрос на откуп Берлину. «Меркель делает чрезвычайно хорошую работу. А у Обамы есть другие проблемы, например на Ближнем Востоке», — объяснил ветеран геополитики. И это правда: проблемы от ИГИЛ увеличиваются в геометрической прогрессии, и на их фоне украинский вопрос становится все менее значимым для Вашингтона.

Позиция же немецкого канцлера определилась еще с февральской встречи «нормандской четверки» — минские соглашения. Причем в последнее время Меркель еще сильнее полюбила собственное детище, так как новые теракты во Франции и — особенно — дефолт в Греции вынуждают сосредоточиться на собственных проблемах.

Отсюда и настойчивые пожелания в адрес Киева пойти навстречу сепаратистам, звучащие из уст посланников Евросоюза и даже Виктории Нуланд, которая просто донесла до украинской власти, что Вашингтон полностью солидарен с позицией Берлина.

Самый безвредный шаг

Подобная всемирная солидарность с позицией, которую поддерживает и Москва, ставит Порошенко в безвыходное положение. Последний год показал, что можно какое-то время прожить в конфронтации с Москвой, но нельзя существовать в конфронтации со всеми. А значит, надо делать хотя бы полушаги в «минском» направлении.

Собственно, будучи прагматиком, Порошенко готов делать и полные шаги, но аналитики Банковой утверждают, что для таких действий момент все еще не наступил: пойдя на уступки ДНР/ЛНР, президент много потеряет в западном регионе, но аналогичной компенсации на юге и востоке не получит, так как там из-за социально-экономических проблем власть все равно утрачивает позиции быстрыми темпами.

А значит, нужна оттяжка времени, нужны такие полушаги, которые всегда можно отыграть назад. Наименее вредным электорально (и одновременно значимым для Запада) полушагом является как раз ускорение конституционной реформы.

В ближайшее время ее должны проголосовать в парламенте в первом чтении и передать в Конституционный суд на экспертизу. При этом никто не сом-невается, что в начале августа КС выдаст положительный вердикт и парламент, продлив свою работу, даст 226 голосов за первое чтение.

Такой сценарий обещает украинской власти минимум три-четыре месяца жизни при полной западной поддержке в виде транша МВФ и небольших, но жизненно необходимых вливаний от Всемирного банка и Евросоюза. А дальше наступит очередь второго чтения, но думать о нем сейчас еще не время.

Его выбор

Результаты голосования по изменениям в Конституцию с особым «донецким» статусом могут оказаться определяющими для украинской политики. Если парламент провалит это голосование, то, скорее всего, это вызовет негативную реакцию Запада вплоть до прекращения финансовой помощи и требования роспуска нынешнего состава Рады, чтобы заменить его на более сговорчивый.

Олег Ляшко уже заявил, что его радикалы ни за что и никогда не поддержат проект, в котором у Донбасса будет особый статус. Вполне вероятно, что так же поступит «Батькивщина» и маленькая группа «свободовцев». Но на этом список принципиальных противников проекта Конституции исчерпывается.

«Блок Порошенко». Для него все зависит от одного: насколько настойчив будет Запад в своем давлении. Если к осени ничего не изменится на международных фронтах (и, соответственно, в позиции США), за децентрализацию вкупе с особым статусом Донбасса он проголосует.

«Народный фронт». Это, конечно, партия войны, которая должна быть противником особого статуса. Но это очень прагматичная партия войны. Если в ней будут понимать, что провал конституционной реформы грозит потерей внешнего финансирования и, вполне вероятно, требованием Запада переизбрать парламент, то премьерская фракция проголосует за все.

«Самопомощь». Фракция львовского мэра окажется на растяжке. Ей выгодны перевыборы парламента, ей электорально невыгодно поддерживать особый статус. Но на другой чаше весов — синица в руках в виде выгод от децентрализации. А Андрей Садовой при всех его глобальных амбициях все еще больше львовский политик, чем всеукраинский.

«Оппозиционный блок». Ему выгодны перевыборы парламента, но проголосовать за децентрализацию и особый статус — вопрос принципа. К тому же перевыборы для ОБ будут куда выгоднее после того, как миллионы жителей неконтролируемых территорий и переселенцев вернутся в электоральное поле страны.

«Відродження». Симбиоз причин «Самопомощи» (возможность усиления региональной власти) и «Оппозиционного блока» (позиция базового электората) делает голосование этой группы обязательным. Кстати, «региональный» фактор сделает вполне вероятным голосование за децентрализацию даже «укропов» Игоря Коломойского, который наверняка поддержит передачу части полномочий от центра Днепропетровскому облсовету.

Что касается «Силы народа», она проголосует так же, как и «Блок Порошенко». В итоге получается, что на самом деле результат голосования зависит не от демаршей Ляшко или Тимошенко, а от позиции одного человека — президента. Которая, в свою очередь, зависит только от внешнего фактора. От того, насколько Запад будет настойчив в своих требованиях.

Другой вопрос, что даже в случае результативного голосования политический кризис будет неизбежен. Несмотря на то, что большая часть коалиции, судя по всему, поддержит изменения в Конституцию, все равно значительное число майдановцев воспримут это как предательство. Резко поднимутся котировки праворадикальных сил, которые уже имеют хорошую военную организацию, но пока не имеют достаточно политического и электорального веса. Однако после изменений в Конституцию, которые в майдановской среде (в том числе и многими журналистами) трактуются как предательские, именно к радикальным националистам могут перетечь голоса недовольных избирателей, ранее голосовавших за БПП и «Народный фронт». И остается лишь гадать, к каким последствиям этот тренд приведет — выльется ли в новый Майдан, попытку переворота или в переход под контроль радикалов части обл- и горсоветов на западе и в центре страны после местных выборов в конце октября.

Отдельный вопрос — как будут имплементироваться изменения в Конституцию в части особого статуса. Как будут проведены местные выборы на неподконтрольных территориях, кто там победит и как будут уживаться в одной стране Гиви, Захарченко и Семен Семенченко? Этот процесс также обещает быть непростым и чреват значительными потрясениями. Остается лишь надеяться, что потрясения будут политическими, а не военными.