Глеб Простаков, главный редактор

Уже до конца этого месяца станет понятно, быть ли в Украине дефолту и чем он нам грозит. Через несколько дней в Вашингтоне стартует финальный раунд переговоров между правительством и кредиторами. В переговорах участвует и МВФ. Блеф и шантаж в этой игре — главные козыри, а напряжение — почище, чем в покере.

С одной стороны, сам дефолт — повод жестко торговаться с кредиторами. Ведь тогда им попросту не заплатят. Большая часть держателей суверенных долгов родом из США, но их интересы, конечно, не тождественны интересам Белого дома. Тут все прозаичней — только бизнес, ничего личного. Дефолт неприятен и Украине — сильней всего пострадают частные заемщики, для которых он не лучший фон для ведения переговоров о реструктуризации собственных долгов. Но их интересы в этой игре неприоритетны. Что же касается макроэкономической стабильности, то она вне опасности: фонд уже заявил, что поддержит нас в любом случае.

Откуда такая щедрость? Ведь до сих пор главной целью МВФ было обеспечить платежеспособность Украины, сбалансировав доходы и расходы, иными словами — научив нас жить по средствам. Именно отсюда — взрывной рост тарифов при резко снизившихся доходах и качестве жизни граждан. Неизбежный рост социального напряжения международных кредиторов, как правило, мало волнует. Но украинский кризис ломает поведенческие стереотипы даже в таких консервативных организациях, как МВФ. Безусловная, как материнская любовь, поддержка Украины заставляет МВФ играть не свойственную ему роль.

До сих пор кредиты прямо увязывались с реформами. Большая их часть касалась тарифообразования и прозрачности банковской системы, меньшая — борьбы с коррупцией и реформы госаппарата. Эффективность «короткого поводка» была сомнительной — ведь в Украине проблема не только и не столько с законами, сколько с их применением, но других способов влиять на власть международные доноры не придумали. И вдруг позиция МВФ, а вслед за ней и других международных кредиторов круто меняется. Почему? Ответ на этот вопрос можно найти в очередной программной статье по Украине от Джорджа Сороса.

Статья, собственно, не об Украине, а о России. Сорос уверен: санкции — лишь повод для России разыгрывать жертву, канализируя внутренний протест в агрессию по отношению к коллективному Западу и США в частности. Для победы над Россией нужна успешная Украина — фасадная демократия на границах с «империей зла». А значит, стандартный набор инструментов здесь не работает. Украина — не вторая Греция с ее сугубо финансовыми проблемами, утверждает Сорос, а страна, проходящая через революционные изменения. А значит объемы оказываемой ей помощи должны быть несравненно больше.

Сорос прав: Украина действительно инструмент геополитического противостояния Запада и России. Но ведь если бы не этот факт, возможно, нас ждал бы аргентинский кризис образца 2002 года. Аргентина тогда и Украина сейчас, если вынести за скобки военный конфликт, очень похожи: $132 млрд долгов Аргентины против $126 млрд — Украины, соотношение внешнего долга к ВВП: 163% у Аргентины и свыше 110% у Украины. Девальвация песо на 70% против более чем трехкратного падения гривны. Численность населения сопоставима. Все это — на фоне политической нестабильности и грядущих выборов. Совпадение почти один в один.

14 лет назад в аналогичной ситуации МВФ отказал Буэнос-Айресу в финансировании, и последовавший за этим дефолт Аргентина чувствует на себе до сих пор. Успех Украины — для Запада средство укрощения России. Что ж, для нас это повод превратить недостаток в преимущество. Надо просто жить с широко открытыми глазами.