Сердце
размером
с дом

Пройдя путь беспризорника,
он помогает сиротам обрести
полноценное жилье
Фотографии: Константин Ильянок
Журнал «Вести. Репортер» и газета «Вести» продолжает проект «Преодоление». Это удивительные истории обычных людей, которые не сдаются под давлением обстоятельств: истории беженцев, которые, потеряв все у себя дома, сумели начать с нуля свою жизнь и добились успехов, бойцов, которые вернулись с войны и нашли себя в мирной жизни, людей, преодолевших тяжелую зависимость, болезнь или инвалидность, тех, кто потерял работу, но не опустил руки и нашел новый источник доходов или начал свое дело. Они доказали: кем бы ты ни был, где бы ты ни оказался, всегда есть шанс изменить жизнь к лучшему.
Расскажи свою историю — вдохнови других! Пишите нам по адресу: preodolenie@vesti.ua
Алена Медведева
Специальный корреспондент проекта
Старые облущенные двери раскрылись… На Сашу пахнуло отвратительным духом изгнивших балок. Девушка застыла на пороге в изумлении, оглядывая стены в дранке, пол, прогнивший от давних потеков из прорывавшей не раз трубы. Половину следующей комнатушки занимала огромная печка, которая могла стать источником единственного удобства — тепла. Воду и электричество здесь отрезали много лет назад за неуплату, а канализации отродясь не было: в 1917 году, когда построили этот дом в Николаеве, туалет на улице считался вполне сносным бытовым приспособлением. От сырости угол одной из комнат сгнил настолько, что кусок стены и пола провалились в подвал. Похоже, в таком помещении даже ходить было небезопасно, не то что спать. Однако этой квартирой, в которой три десятка лет назад жила ее бабушка, и исчерпывалось наследство юной Александры Кухаренко, которая только вышла из интерната в реальную жизнь
В Жилищном кодексе Украины предписано первоочередное обеспечение сирот жильем. В реальности же Саша ходила по комитетам и комиссиям, по чиновникам и депутатам, писала кипы заявлений, но даже притом, что у нее имелось собственное жилье и она просила хотя бы помочь подключить коммуникации, до помощи дело так и не дошло.
— А потом мне кто-то рассказал про организацию сирот. Понесла я туда заявление, и уже сама не верила, что будет какой-то сдвиг, ну, заявлением больше, заявлением меньше… И я ушам своим не поверила, когда через несколько месяцев мне позвонил председатель организации Виталий Владимирович: «Тебе сделают ремонт». Как ремонт? Воду подключат и электричество? Оказалось — самый полноценный ремонт. Я до сих пор не знаю, как реагировать! — блондинка Саша трет коленки в радостном возбуждении. — Мы сюда пришли все: я, председатель, спонсор. Посмотрели — и уже буквально на следующий день здесь были материалы, а Виталий Владимирович стал делать ремонт. Своими руками, потому что на материалы спонсор деньги выделил, а еще ж работу нужно было выполнить. А председатель ровно 30 дней своей жизни потратил, чтобы я смогла сюда вселиться. Он такой, знаете, человеческий человечище прям! Сердце у него большое.
ГРУЗ С ПЛЕЧ
В тот вечер Виталий Евченко впервые за много дней пришел домой счастливый.
— Ты прямо весь светишься! — поцеловала его жена Виктория. Она тоже гордилась мужем: ремонт в квартире сироты Саши Кухаренко стал первым его действительно большим достижением на посту председателя. Когда эта девушка обратилась к нему, ее Виталик загорелся желанием помочь сироте, стал стучать во все двери. И одни открылись — нашелся депутат, который стал спонсором.
— У меня сегодня словно огромный груз с плеч свалился, — признался Виталий жене. — Ты бы видела ее глаза! Эх, Викуля, мы еще столько всего хорошего натворим!
Вика кивнула и улыбнулась мужу. В тот день не время было напоминать ему о том, что неплохо было бы что-нибудь натворить и для расширения собственной жилплощади. Но он так всегда: как для других — так расшибется в лепешку, а для себя не умеет ни просить, ни выбивать… Но ведь и она полюбила его за доброе сердце. А проблемы сирот Виталию близки и понятны — его юность во многом была похожа на их.

САМ СЕБЕ БЕСПРИЗОРНИК
— Отец мой употреблял спиртные напитки. Мамка развелась с ним, когда мне было три года. Люблю ее и всегда буду любить, хотя она глупая была по молодости и нами особо не занималась. Из-за этого мы и хлебнули уличной жизни. Все трое — старший брат, я и сестра — сами себе беспризорники, — смотрит на меня Виталий своими серьезными глазами. Может, из-за этой выхлебанной чаши тяжелого детства у него такой серьезный взгляд. — Старшего брата забрала к себе бабушка, чтоб он нормально закончил школу. Нам вообще бабушка хорошо помогала.
В начале 1990-х мать ребят работала завскладом института электрогидравлики. Институт стал дышать на ладан, зарплату платили с опозданием в несколько месяцев и ту нерегулярно. Однако на тот момент у семьи была хотя бы постоянная крыша над головой: две комнатки и ванна с туалетом в общежитии гостиничного типа.
— Мы часть комнатки перегородили, плиту поставили, в общем, можно было жить. Единственное — росли долги по квартплате, нечем было платить.
Виталику пришлось рано повзрослеть. В Николаеве как раз строился район коттеджей «Царское село», и в 14 лет паренек начал там свое знакомство со строительными работами.
— Из Западной Украины к нам приезжали мастера, а мы у них были подсобниками. Они «шубу» на дома кидали, штукатурили фасады, а мы им раствор замешивали и ведра подавали. Платили по тем временам 5 рублей в день, 20 лет назад это было ценно для нас.
Конкуренция и за эту работу среди подростков была большая.
— Вот так вечером идешь — мозоли кровавые за целый день на руках. А за воротами пацаны стоят: что вы там, завтра выйдете? Надеются подменить нас, значит. Но ты идешь и головой мотаешь: нет, все равно выйдем. Вечером засыпаешь рук не чувствуя, с утра поднимаешься — и снова. Хорошо, что пацаны меня выручали по-всякому — подменяли, смены уступали. У них были родители, и они себе на джинсы зарабатывали или на какие-то безделушки, а я семью кормил.
— Расскажите, как вы жили с мамой, — прошу его.
Вздыхает, решая — говорить или нет, потом признается:
— На улице мы жили. Всегда ждали, когда появится хоть какой-то плод, яблоко там или абрикос зеленый, обдирали это все! А бывало, и траву ели. Мама старалась нас накормить, искала какие-то подработки, но середина 1990-х — время стремное, чуть ее не посадили из-за того, что не с теми связалась. Был у нас нормальный отчим, неплохо зарабатывал плотником. Но потом мать с ним рассталась и появился мужик крученый, который работать не хотел, водку пил. Закрутил он ей голову байками про маршруточный бизнес — мол, если она продаст эту комнату в общежитии, то можно будет купить рафик и зарабатывать на перевозках. В итоге взяли его в рассрочку, написав в договоре, что если просрочат два месяца, то продавец может забрать маршрутку обратно.
Мать семейства вместе с детьми переехала в жилье очередного сожителя. А тот все деньги, вырученные от использования рафика, спускал на игру на только-только появившихся в Николаеве игровых автоматах. Так они лишились и жилья, и маршрутки. На этой почве Виталий разругался с матерью и ушел к бабушке. Брат, который фактически тоже вырос у бабушки, на тот момент уже обзавелся своей семьей.
— Только у бабушки был неродной нам дед — как выпьет, так давай и меня, и бабушку гонять. А мне уже было 17, и я не мог терпеть его выходки. Но избить я его тоже не мог — кто я там был, пришлый.
Бабушка просила меня не уходить, но мне не оставалось ничего другого, и я шел на речку. Фактически летом там и жил — у реки. Спал на траве. На остановке тоже ночевал. Сперва было страшно, потом привык.
Обиднее всего для Виталия было то, что без прописки он не мог устроиться на нормальную работу — ни на стройку, ни в охрану. Оставалась одна «вакансия» — наниматься в батраки.
— Вместе с одноклассником на поля к корейцам нанимались. Платили нам по 15 грн и еще по 15 кг лука. А потом бабушка устроила меня к знакомым на частную фирму — ремонтировать маяки. И это было классно! Постоянно в разъездах, а на командировочные нам покупали вдоволь еды, всегда было где поспать.
При такой кочевой жизни Виталию довелось много чего попробовать.
— Курил я со второго класса, спиртное с пацанами пил много раз и в переделки разные попадал, — перечисляет он. — Мне было 18 лет, когда я задумался над тем, как живу. В тот момент я понимал, что если буду продолжать водиться с такими друзьями дальше, то меня или где-то прибьют, или угожу в тюрьму. Но был еще один выход — завязать с таким образом жизни. Вспоминал свою маму, которая как выпьет — становилась сама на себя не похожа, вызывает отвращение. И как-то в один момент принял решение — бросить курить и пить.
Своему решению Евченко не изменил до сих пор, хотя сегодня ему уже 34. Однако освобождение от ненужного окружения произошло не так быстро.
— У меня почти нет друзей, — покачивает печально головой. — Потому что много раз меня просто использовали. Когда просят — не могу отказать. Сколько раз кидался «подписываться» за кого-то, а меня обманывали. Например, когда-то один друг занял денег у блатных, на него открыли охоту, а мне он сказал, что все отдал. Я за него пошел вступиться, а там и выяснилось, что он меня обманул, но при этом как на поручителя друга на меня часть его долга повесили. Я потом злюсь, зарекаюсь: «Все! Больше никому помогать не буду!» А приятель мой, который хорошо меня знает, смеется: мол, ты сейчас кипятишься, а как только снова кому-то надо будет — побежишь.

Несмотря на то, что живет Виталий в обшарпанном общежитии,
в квартирах сирот он создает красоту и уют

БАБОЧКИ ЛЕТАЮТ, БАБОЧКИ...
На ремонтной фирме Евченко проработал несколько лет. Параллельно закончил ПТУ, выучился на электросварщика и слесаря-ремонтника. Потом снова стал зарабатывать по стройкам. Вместе с другими мастеровыми ребятами сколотили бригаду и ездили по заказам. За годы практики Виталий так наловчился, что может сам буквально с нуля построить дом и выполнить в нем все отделочные работы. Это и было его основным заработком в последние годы.
Несколько лет назад Евченко затянула общественная деятельность.
— В организацию «Всеукраинское объединение сирот» я сначала вошел волонтером. На меня посмотрели, что суечусь по делу, и сделали председателем. Когда я стал заниматься и помогать, сироты как к магниту стали липнуть. Потому что им нужна хоть какая-то вера, что они могут на кого-то опереться в этом мире. Они же выходят из интернатов без жилья, работы и совершенно социально не адаптированными, им внушают все время, что они вне стен интерната никому не нужны. И это прямой путь за решетку или в проституцию, потому что ничего другого им не остается. Нужен очень сильный стержень, чтобы выстоять и начать жить нормальной жизнью, а он есть далеко не у всех, — обо всем, что касается сирот, председатель может говорить часами.
В службах по делам детей в Николаеве Евченко в основном не любят — много требует и ругается. То насчет условий в интернатах, то из-за опекунов, то по поводу мест в колледжах, в общежитиях, а то и вовсе жилье выделить требует. Вот, например, когда к нему обратилась Александра Кухаренко, Виталий во многие кабинеты дорожки протоптал, пока не нашел депутата-спонсора.
Зато теперь, оказавшись в Сашиной квартирке, никак не узнаешь в ней гнилую развалюху. Все внутри очень аккуратно и свежо. А еще — усеяно летящими бабочками: Саша от них без ума, вот и высказала это как пожелание к дизайну. В итоге теперь они летят и по салатовым стенам кухни, и по кафелю совмещенного санузла: стараниями Виталия Евченко внутри ее маленькой квартирки появились и канализация, и туалет, и даже ванна! По квадратуре это малосемейка, но для тех, кто вчера готовился ночевать в сарае, сегодня она сродни дворцу. После помощи от Евченко Саша и сама стала волонтером организации. А еще недавно она вышла замуж за Колю — такого же выпускника интерната, как и она. Ребята учатся, молодой муж нашел работу. Но главное — совсем скоро у них с Колей родится ребенок, у которого теперь есть шансы не повторить судьбы его родителей.
А Евченко, вдохновившись удачным решением крупного вопроса, и дальше пошел по проторенной дорожке. Идем за ним. В квартиру Тани Грищенко, которая учится в строительном колледже. Пока девочка была в интернате, на часть ее жилья позарились соседи — расширились за счет чужой жилплощади, разрушив стены хоть и приватизированной, но заброшенной квартиры. Когда Таня обратилась к Виталию, дело обернулось скандалом на весь Николаев — с телекамерами и журналистами. Но в итоге границы крохотной квартирки восстановлены и председатель снова нашел спонсоров, на этот раз и крупных, и мелких — на восстановление стен, кровли и закупку материалов для ремонта сбрасывались многие жители города, бизнесмены, депутаты. Только вот подрядчик тот же — Виталий, который Танино жилье собственными руками приводит в жилое состояние.
Пока тут не до бабочек, всюду стройматериалы, инструменты… С помощью металлических балок и гипсокартона Виталий отгородил часть площади под санузел — хочет, чтобы и у этой девочки все удобства были в квартире. Но пока ремонт для Тани откладывается: появилось более «горящее» дело.
— У Тани-то хоть койка в общежитии есть, пока она в строительном колледже учится. А есть у нас Лена Позднякова — она в положении, и ей надо сделать срочно. Квартира у нее — после пожара. Брат сжег ее по глупости, потом в тюрьму сел, а девчонке теперь некуда с ребенком. Мы ее пристроили в общежитии одного учебного заведения, но лишь до осени, пока новые студенты не приехали. А там и ребеночек родится, так что я как раз в бегах по новым спонсорам. По глупости они, девки, вот это вот, — Виталий весь на эмоциях делает округляющий жест в районе живота. — А потом ни мужей, ни жилья… Ничего, Сашку пристроили, Лену тоже пристроим.
— И снова ремонт вы сам будете делать?
— В моей организации нет финансов, но я хочу сделать свой вклад, я же тут для чего? — удивляется он с таким видом, как будто обязан непременно собственноручно отрабатывать каждую выделенную копейку.
К выделению средств он относится очень щепетильно. Малейшую покупку фотографирует и тут же выкладывает на свою страничку в соцсети. Туда же постит и эсэмэски о том, сколько средств от кого поступило, и чеки.
— Взяли пять мешков цемента — вот вам, пожалуйста. Чтобы никто меня не смог уличить в каком-то присвоении средств, — поясняет. — На Танину квартиру некоторые материалы дают, а некоторые — деньги. Я всех их называю там же, на своей страничке.
У самого же Виталия в финансовом плане в последнее время одни убытки. Строительный бизнес ведь не постоянен, а конкуренция велика: можно на одном заказе заработать большую сумму, а потом полгода сидеть без работы.
— А еще все наши ребята из бригады в последнее время ринулись за границу, Россия им дороже, — грустит он. — А я здесь остался — так и заработок накрылся.
Общественная же деятельность тоже отрывает деньги от семейного бюджета. Поездки по инстанциям — это расходы на транспорт. Запросы туда — расходы на марки и конверты.
— Сайт организации завис — надо кинуть сотню гривен, а где их взять? — Виталий скорее не жалуется, а перечисляет затраты. — Или вот, бывает, приезжаешь к сироте, а у нее мышь в холодильнике повесилась, достаешь сотню — на! Я-то в курсе, как это, когда нечего поесть. Жена, конечно, знает, что у меня ничего долго не задержится. Она сейчас в декрете, денег мало, потому выдает мне по 8 грн на проезд, чтоб я только в организацию и назад мотнулся. Но мне-то о-го-го сколько нужно обмотать за день, ну и хожу пешком. Доходит до смешного: когда те чиновники, по чьим кабинетам хожу ругаться, в машинах на улице останавливаются и суют по 20, 50 грн, мол, возьми хоть на проезд.
Хотя иногда польза от контактов общественника Евченко бывает и более весомой.
— Недавно один депутат, спасибо большое, помог мне устроиться на постоянную работу. В компанию OREXIM, — радуется Виталий после того, как помыкался несколько месяцев без работы. — Грузим продукцию, сырье. Вот-вот должен получить первую зарплату, а значит раздам долги и финансовое положение семьи снова выровняется. Так и живем!
17 КВАДРАТОВ — СЧАСТЬЕ ИЛИ НУЖДА?
Общага. Старое здание, которое из-за бедности обитателей не знает понятия «ремонт». Обшарпанные стены, лестницы и лифты, ветхие коммуникации и проводка. Мощности последней и вовсе рассчитаны на советского пользователя с одной лампочкой на комнату, а обилие современной быттехники приводит к тому, что у теперешних обитателей общежития каждый день то пробки выбивает, то возгорания случаются.
Семья Евченко ютится в этом здании на 17 квадратных метрах: основная комната стенкой из гипсокартона отгорожена от «кухни», которая тут же переходит в «прихожую». Умывальник ребята сделали свой, правда, слив — в ведро, но хоть посуду можно помыть. Потому что в общей «ванной» все совсем плохо — душ с поддоном есть, но настолько дырявый, что все моют ноги через пару метров, где вода уходит под пол.
Из-за занавешенного фольгой от солнца окна слышен гудок поезда — железная дорогая проходит совсем рядом с общежитием. Мы вздрагиваем от этого резкого, похожего на свист, звука.
— Вот так и наша малая просыпается, — напрягся Виталий. — Здесь же теперь постоянно военную технику возят — то танки, то еще что…
Когда речь заходит о его полуторагодовалой Машеньке, отец преображается и воодушевляется. Долго рассказывает нам, как она родилась, какая умненькая и как быстро развивается. Счастье вошло в его жизнь пять лет назад, когда познакомился с Викой. Говорит, что сразу лишился покоя и долго разыскивал телефон девушки, которую увидел случайно в кафе. Нашел и уже на первом же свидании напросился на чай. А она предложила остаться у нее навсегда. Так, через много лет скитаний, Виталий нашел тихую гавань в своем портовом городе.
— Здесь жил старший брат моей супруги. Отец ее 40 лет на заводе «Океан» проработал, жили в общежитии. А потом семье дали квартиру, но, так как у них разнополые дети, они подали на расширение и им дали еще эту комнату, — кивает он на стены их с женой богатства. — Брат с семьей решили свой жилищный вопрос, а Вике досталась эта комната. Так что я вроде в примаки к ней пришел.
— Вас не тяготит эта ситуация — что вы живете на ее территории, которая слишком мала и не очень-то комфортна?
Отвечает не задумываясь, с горячностью:
— Для того, кто столько лет ночевал на реке, все вот это — рай! Лично мне большего и не надо было бы. Мое самое лучшее в жизни уже нашлось. Вика меня на четыре года младше, но с высшим образованием, в пенсионном фонде работает. Супруга мне очень сильно помогает в деятельности организации. Я ведь ни законов, ничего не знал, а теперь с ней, бывает, сидим, изучаем, разбираемся. Но главное — у нас доверие, прозрачность во всем. Нет, конечно, хотя она и понимающая женщина, ей хочется свою просторную квартиру, и она мне говорит об этом. А я ей: «Викуля, подожди, все у нас будет». Она мне верит, ведь я точно знаю, что со временем заработаем.

Рецепт от Виталия по преодолению трудностей

1. Определяю, чего хочу от жизни прежде всего. Есть приоритет — иду к нему.
2. Вырабатываю настойчивость. Если плывешь против течения, будь готов грести, да еще и сучки с задоринками с пути откидывать.
3. Говорю себе: «Не ленись!» Хочется — не хочется, а встаю с кровати и делаю.
4. Надеюсь в первую очередь на себя. Будет поддержка со стороны — отлично, а нет — так и нет.
5. Никогда не опускаю руки. А когда мне плохо — пою песню Сердючки: «Хорошо, все будет хорошо!»