Текст: Альфия Максутова

Хироси Исигуро — самый знаменитый в мире создатель андроидов, человекоподобных роботов. Его имя значится 26-м в списке 100 умнейших людей современности. Он появляется на публике в окружении точных копий себя, копии есть и у его жены, дочери и коллег. Он заявляет, что цель его работы — понять, что делает человека человеком. А практический интерес — способствовать внедрению андроидов в повседневную жизнь

—Что такое идеальный интерфейс? Идеальный интерфейс для человека — это человек. Подтверждение этой мысли мы уже сейчас видим в технологиях. Много лет назад я предложил озвучить бытовую технику, тогда эта идея всем показалась чересчур инновационной. А сегодня чайники и стиральные машины с функциями голосового управления и оповещения есть почти в каждом доме в Японии.

Хироси Исигуро стоит у экрана проектора, по которому лазерная указка с невероятной скоростью выписывает круги. Если не знать, что он читает лекцию, может показаться, что сейчас здесь будет рок-концерт: профессор в черной рубашке, черной кожаной куртке и черных узких брюках.

Как-то его спросили, почему он всегда в одежде одного и того же фасона и цвета. Исигуро ответил: «Вы же не меняете свое имя, свое лицо — все это формирует вашу идентичность. Но ведь и внешний вид — часть вашей личности. Зачем тогда переодеваться?»

Он ни на секунду не остается без движения. Плечи ходят ходуном, брови хмурятся и поднимаются, лицо то и дело морщится, руки прижимаются к груди, опускаются, проводят по волосам, почесывают макушку. Профессор не раз рассказывал, что научить андроидов убедительно совершать естественные для нас микродвижения — очень сложная и важная задача. Эксперименты показали, что, просмотрев двухсекундный ролик с участием робота, мы в 70% случаев узнаем андроида, если тот не совершает микродвижений. Если же робот правильно двигается, люди почти всегда определяют его как человека.

Мягкая воспитательница

На экране проектора кто-то с силой тычет пальцами в лицо Исигуро. Я невольно морщусь, как и сидящие рядом со мной, хотя понимаю, что показывают робота. Андроид-Исигуро на экране безропотно пытается отвернуться. Живой профессор тем временем рассказывает, как столь человеческую реакцию андроида на неприятные касания долго моделировали, а управлявший его движениями оператор ужасно мучился, хотя, казалось бы, касаний чувствовать не мог. На экране показывают морщащегося оператора: с побелевшими от напряжения губами он пытается сидеть неподвижно.

— Эксперименты с участием операторов дают поразительные результаты в области нейропсихологии. Когда оператор, опутанный проводами, управляет силой мысли искусственными руками андроида, его руки надежно закреплены, а глаза закрыты. Но вот к искусственным рукам прикасаются иголкой, и оператор дергается. Данные МРТ подтверждают, что он чувствует искусственные конечности андроида как собственные руки.

Картинка меняется. На экране старики радостно прижимают к груди пухлую рукастую подушку с русалочьим хвостом — робота Hugvie. Таких андроидов раздали обитателям дома престарелых в Дании для улучшения эмоционального состояния.

— Пожилые люди очень хорошо реагируют на робота, разговаривают с ним. Вы знаете, как важно для них общение. Они много обнимают его: он мягкий и приятный на ощупь. У тех, кто получил Hugvie, в крови заметно снижался уровень гормона стресса — кортизола. Но он полезен не только пожилым, у нас есть эксперименты с положительными результатами в других возрастных группах.

Испытуемые на экране скинули лет по 70 — мы наблюдаем детский сад. Действие разворачивается по рекламному сценарию. В первом кадре воспитательницы, стоящие у школьной доски, надрывно втолковывают что-то детям, но их почти никто не слушает. Детям раздают Hugvie, педагогам — маленький радиопередатчик, и вот уже голосом воспитательницы с каждым ребенком разговаривает мягкий робот. Последний кадр — идиллия: прижимающие к груди пушистых роботов дети внимательно слушают что-то назидательное.

— А ничего, что мы приучаем детей с раннего возраста к общению не с людьми, а с роботами? — раздается вопрос из зала.

— Сколько у вашего ребенка сейчас человеческого общения? Он наверняка куда больше времени проводит с компьютером, планшетом и смартфоном. Пусть уж лучше они будут похожими на людей!

Этот вопрос задают Хироси Исигуро практически во время каждого выступления. Он воплощает то, с чем профессор пытается бороться — страх нового. То, что кажется людям принципиально новым, повторяет профессор, всего лишь очередная ступень развития технологий, уже вошедших в нашу жизнь
и уже изменивших нас. Он демонстрирует свое последнее изобретение — человечка размером с ладонь, который может заменить нам телефон.

— Когда мы разговариваем по телефону, в голове возникает образ собеседника, он вызывает эмоции. Если мы будем говорить не с прямоугольным куском пластика, а с человечком, мы перенесем этот образ на робота, он будет осязаем и реалистичен, и эмоций станет больше. Будущее будет выглядеть именно так — у него будет человеческое лицо.

Больше двух

После лекции к Хироси Исигуро выстраивается очередь из желающих сфотографироваться. Я начинаю понимать, почему на фотографиях его роботизированная копия всегда с насупленными бровями: в компании улыбающихся профессор выглядит особенно усталым и хмурым. Мы идем пить чай, в преддверии интервью я чувствую себя неким неизбежным злом, которое профессору предстоит по-японски стоически перенести ради высших целей.

— Вы дали сотни интервью. Какой ваш любимый вопрос? — деликатно начинаю я.

— Любимый… Пусть будет хотя бы новый.

— Я попробую. Что это за кулон серебристого цвета у вас на груди на всех фотографиях?

— Это моя творческая работа, эльфоид с раскинутыми руками.

— Он напоминает по форме христианский крест, особенно если смотреть издалека.

— Так и задумано, — профессор берет блокнот и начинает записывать в него что-то. Иероглифы в блокноте Хироси Исигуро обрастают стрелками и кружочками.

— Что вы рисуете?

— Модель передачи эмоций от человека к андроиду. Я всегда записываю идеи, которые приходят на ум, когда я чем-то занят. Вы знаете, что люди могут заниматься несколькими делами одновременно?

— Я знаю, что слушать одновременно два разных текста нельзя, — слышишь только один.

— Да, это верно. Секрет в том, чтобы комбинировать разные виды ощущений. Слух у меня работает на вас, а зрительно я концентрируюсь на рисунке.

— Но вы должны думать одновременно о разных вещах: о том, что мне отвечаете, и о своей модели.

— Я так умею.

Идея комбинации разных видов ощущений во взаимодействии с роботами — одна из важнейших в работах Исигуро. Он называет ее «один плюс один на самом деле больше двух». Суть в том, что мы не будем естественно общаться с говорящей машиной, не похожей на человека, или с антропоморфным роботом с механическим голосом. Но если дать андроиду естественный человеческий голос, то мощный интеллект роботу уже не нужен: мы не сможем избежать ощущения, что перед нами человек, даже если машина будет нелогично отвечать.

Заменители девушек

Исигуро любит придумывать мысленные эксперименты. В одной из его самых известных ментальных задач воссоздается этически сложная ситуация: у матери умирает дочь, и, чтобы приглушить боль, ей дают андроида, точную копию умершей. Постепенно женщина перестает воспринимать ее как робота и начинает видеть в нем свою дочь. Однажды в дом забирается злоумышленник и набрасывается на девочку. В отчаянии женщина убивает его. Вопрос: где была допущена этическая ошибка?

— Вы много раз говорили, что цель вашей работы — понять, что делает нас людьми. К каким выводам вы уже пришли?

— Как можно однозначно ответить? Эволюция технологий трансформирует и людей, поэтому мы постоянно меняем понимание того, что есть человек. Все мои эксперименты — с открытым финалом. Как в задаче с девочкой-андроидом: единственно верного ответа на эти вопросы быть не может.

— Вы столько раз говорили, что в синтоизме у каждого предмета есть душа, и потому у роботов она тоже может быть. Но помимо души «кокоро» в японском есть еще душа «тама» — только у человека. Стало быть, есть-таки в человеке что-то особое, чего у робота быть не может?

— «Тама» значит не только «душа», это человеческая жизнь, данная Богом. Но я не религиозен. Когда говорю, что у роботов есть душа, это образное выражение. А вы верите, что у вас есть душа, сознание? Вы свою душу видели?

— Не видела.

— По-моему, гипотеза об существовании сознания ни на чем не основана, это просто субъективный феномен, а не что-то объективно существующее. Откуда берется ваше сознание?

— Из работы мозга. Разные части мозга должны функционировать, чтобы было сознание.

— Моя гипотеза в том, что это не так. Сознания не существует, это просто иллюзия, в которую мы верим.


Хироси Исигуро с Кодомороид  и женщиной-андроидом Отонароид, разработанной им в качестве экскурсовода для музея

— А как насчет эмоций?

— И эмоций нет. Мы разговариваем сейчас, пытаемся понять друг друга, но ничего не можем понять в том, что происходит при этом у нас в головах. Поэтому мы используем слова, не имеющие ясного значения: «сознание», «эмоции». Вы думаете сейчас, что у меня есть сознание, но все это мог бы и компьютер говорить. Если сознание — субъективный феномен, если его нельзя разделить с другими людьми, тогда все основано на вере. Я верю в то, что вы не суперкомпьютер, вы считаете, что я не суперкомпьютер. Но мы не можем быть уверены, что наша догадка верна. Если компьютерная начинка робота будет достаточно хорошо разработанной, чтобы робот мог выполнять сложные функции, мы будем считать, что у него есть сознание.

Пытаясь донести эту мысль, профессор откладывает блокнот и подключает сразу все виды ощущений: говорит, смотрит на меня, машет руками. Ключевая идея, которую уже много лет отстаивает Хироси Исигуро, состоит в том, что не обязательно воссоздавать в роботе человека с человеческим интеллектом и эмоциями. Ведь мы не видим сознания друг в друге, для полноценного воплощения социальной роли необходимо очень ограниченное количество внешних признаков интеллекта и эмоций. Благодаря этому можно уже сейчас встроить роботов в нашу жизнь — быстро, незаметно и очень естественно.

Эту идею он постоянно пытается подтвердить в экспериментах. В одном из них он посадил андроида за столик кафе, и большинство обедавших не замечали в нем ничего необычного, а те, кто обратил внимание на скованность движений посетителя, подходили уточнить, нормально ли он себя чувствует. В другом эксперименте он заменил андроидами девушек, которые стоят у входа в магазин и кланяются входящим посетителям (есть в Японии и такая профессия). В одном из последних экспериментов андроид успешно исполнял роль в спектак-ле известного японского режиссера.

Твой геминоид

— Вы, наверное, устали от интервью?

— Сегодня еще ничего, бывает их и по 20 в день. Но вообще я их ненавижу.

— Зачем тогда даете?

— Вы не считаете меня скучным только потому, что я с вами разговариваю. Не хочу быть скучным, вот и приходится говорить.

Исигуро рассказывает, что в Японии года через два «домашнего» робота можно будет купить за $2 тысячи, и для его производства будут использоваться технологии 3D-печати, что людьми нас делает наличие технологий и что, несмотря на ужасы в голливудских фильмах о злых роботах, андроиды, может, и получше людей будут — нам просто нужно научиться их ограничивать. Свою копию — «геминоида» Исигуро на этот раз не привез, он в ремонте: каждые три года его силиконовую кожу и стальные внутренности нужно приводить в порядок. Но это окупается: геминоид хорошо зарабатывает лекциями в Осакском университете и в загранкомандировках.

Исигуро не раз заявлял, что самый быстрый способ приучить людей к новейшим научным разработкам — использовать СМИ. В Японии этот подход очень продуктивен: согласно опросам, большинство жителей этой страны сегодня очень положительно относятся к роботам. Для экономики такое отношение очень важно: рынок роботов в Японии оценивается в $7,5 млрд, а к 2035 году, как прогнозируют эксперты, вырастет в 10 раз. В апреле профессор создал клона известнейшего в Японии телеведущего Мацуко Делюкс, программы которого смотрят около 10% японцев.

Долгий день Хироси Исигуро подходит к концу. Ему впервые удается поесть. Напомнив о своей способности делать несколько дел одновременно, он предлагает продолжить разговор.

— Вы рассказывали, что хотели стать художником, а стали инженером, и ничего не потеряли. Чувствуете, что творчества в жизни достаточно?

— Это, конечно, разные виды творчества. Создание андроидов все-таки требует много инженерной работы. Сейчас я стал возвращаться к искусству, в те его области, где искусство и технологии объединяются. Недавно как художник я принял участие в пятом биеннале медиаискусства, в фестивале
Ars Electronica. Я сотрудничаю с театром, мы пробуем внедрить андроида в этот вид искусства.

Робот-актриса принимает участие в постановке «Сайонара». В пьесе режиссера Ориза Хирата отец покупает своей умирающей дочери подругу-андроида. Неотличимая от человека робот читает девушке стихи и после ее смерти не может остановиться. В итоге ее отправляют на Фукусиму — в место, где нет людей и где можно читать стихи в пустоту. В рецензиях пишут, что большинство зрителей считают всех актеров живыми людьми и хвалят актрису, исполняющую роль андроида.

Профессор замолкает, вынимает блокнот, на новой странице появляется очередная замысловатая схема. Опущенное лицо отбрасывает на стол красивую тень, черные волосы падают на очки, но Хироси Исигуро, кажется, этого не замечает.

— Говорят, вы сделали пластическую операцию, чтобы не терять сходства со своим геминоидом. Почему вы не поступите наоборот: не адаптируете своего геминоида, раз уж вы его чините каждые три года? Могли бы добавить ему морщин.

— Геминоид — это моя личность, одно из ее проявлений. У каждой личности есть пик развития, на котором человек запоминается другим людям. Вы никогда не узнаете старого Арнольда Шварценеггера, верно? Кроме того, вы бы тоже выбрали молодое лицо.

— Что сказала ваша жена, когда впервые увидела вашего геминоида?

— Она сказала: «Ты много работаешь и ездишь. Хорошо, что теперь дома будет твой геминоид».

— Но ведь она не может полноценно с ним общаться.

— Важен эффект присутствия.

Я спрашиваю профессора о его ближайших научных планах. Хироси Исигуро смотрит пристально в сторону и раздумывает. Отвечает, подбирая слова.

— Сейчас я хочу создать что-то, к чему человек сможет чувствовать сродство, — объект, который будет вызывать у человека ощущение, что в нем воплощена его душа. Представьте, он возьмет его в руки и воскликнет: «О, вот она, моя душа!»

При этих словах профессор переводит взгляд куда-то вверх, будто эта механическая душа должна снизойти на него, как японская «тама», свыше.

— Как же будет реализована эта амбициозная задача?

— Это секрет, я не могу раскрыть вам его. Могу только сказать, что я над этим работаю. И если у меня получится, появятся одушевленные гаджеты.

Ни Хироси себе

Изобретения японского гения робототехники

Geminoid HI — робот, дистанционно управ-ляемый оператором, выглядит как Хироси Исигуро. Под силиконовой кожей — пластиковый череп, металлический каркас, пенопо-лиуретан, тактильные датчики, пневматические приводы. Выпу-щен в нескольких модификациях.

Geminoid F — женский вариант дистанционно управляемого робота, выглядит как живой
человек, но значительно дешевле геминоидов HI, рассчитан на использование в повсе-дневной жизни. На основе этой модели были созданы андроиды-продавцы, секретарши, актрисы и гиды.

Telenoid — управляемый оператором небольшой андроид с минимальным набором характеристик, необходимых для того, чтобы можно было идентифицировать его как человека. Он размером
с четырехлетнего ребенка, с условными руками и русалочьим хвостом вместо ног. В неопределенных чертах лица легко можно увидеть чело­века разного возраста и пола, что позволяет его использовать для создания эффекта присутствия любого собеседника.

Elfoid — робот-телефон, внешне похожий на теленоида, но размером со смартфон. По замыслу Хироси Исигуро, эль­фоид помогает пользователю чувствовать, что он общается не с телефоном, а с другим человеком.

Hugvie — устройство для создания эффекта человеческого присутст­вия, управляемая оператором говорящая подушка с условными ногами, руками и головой.