Текст: Наталия Судакова

Дефицит товаров на территории ДНР и ЛНР худо-бедно восполняется «военными посредниками» — бизнесменами, которые завозят продукты на территории сепаратистов.  «Репортер» решил выяснить, кто эти люди и отчего цена на поставленный товар так высока 

— Вы знаете, куда позвонили? Мы тут света белого не видим, какие журналы! — возмущается Валентин Большаков, директор по продажам компании «Прайм-продукт», производящей майонезы и соусы в городе Макеевка Донецкой области. — Украинские власти полностью заблокировали ввоз товаров на территорию АТО, у нас нет не только продуктов, но и медикаментов! — кричит в трубку мужчина. От волнения тембр его голоса меняется от низкого к высокому.

— Мы как раз пишем о торговых поставках украинских и импортных продуктов на территорию ДНР и ЛНР, — отвечаю максимально спокойно.

— Так вам на жизнь пожаловаться? Пожалуйста! Полная блокада. За перевозом товара следят эсбэушники, убоповцы и пограничные службы. Специально приставили сразу всех, чтобы они друг друга закладывали и товар не попадал на территорию АТО даже за взятку. Говорят, нужно всего лишь зарегистрироваться в реестре штаба АТО в Краматорске. Тебе дадут пропуск — и перевози что хочешь. Так вот, нет никакой гарантии, что это сработает, потому что на блокпосту решающим является мнение представителя Государственной фискальной службы Украины. Он может спокойно развернуть фуру и чаще всего так и делает.

— Ему можно заплатить? — спрашиваю у директора по продажам.

— Бесполезно. Они друг друга сдают, тем самым теряется возможность договориться. Такая блокада началась в один день. В пятницу 13 февраля. Не хочется, конечно, об этом говорить вслух, но иногда удается «протаскивать» фуру. Похоже на наркотрафик между Мексикой и США.

— В чем схожесть?

— Все это делается за огромные деньги и чаще ночью.

— Какова сумма взятки?

— Я не буду говорить об этом по телефону! — отрезал мой собеседник. — Скажу лишь, что за счет этих единичных поставок мы выживаем. Самое главное — тут осталось 3 млн жителей. Для Украины это огромный рынок сбыта, соответственно, большие потери для украинских производителей. Теперь все эти 3 млн отдают свои деньги россиянам. Говорю вам, в РФ сейчас потоком деньги льются! Этой блокадой Донбасс просто отсекают, а он тем временем налаживает трафик в Россию. Вот мы для производства майонезов «МакМай» из Украины не можем затащить подсолнечное масло. Вынуждены обращаться к российским дистрибуторам, платить им больше (сырье и ингредиенты там дороже в среднем на 30%), поднимать стоимость своей продукции, но сохранять производство. Держимся за свои рабочие места, да и людей необходимо кормить! Кстати, цены все больше уравниваются с российскими, и это помогает властям ДНР подготовить область для перехода на их ценообразование.

— Удается ли вам вывозить свою продукцию за пределы ДНР?

— На данный момент мы не можем ничего ни вывезти, ни ввезти.

— Вы не думали вывезти производство?

— Это также невозможно. Официальное заявление властей ДНР: несанкционированный вывоз производства (а официально согласовать это никак нельзя) карается расстрелом. Причем не факт, что на украинском блокпосту разрешат его вывезти. Тут на самом деле процветает идиотизм. Нам устроили Украину 1932–1933 годов — такой же голодомор!

— Тем не менее частично продукцию из Украины удается завозить, ведь она представлена на полках донецких магазинов, — настаиваю я. 

— Это единичные случаи. Риски ввоза отражаются на цене. Чтоб вы понимали, двухлитровая бутылка кока-колы стоит 40 грн. Более того, я лично знаю массу случаев, когда курятину привозили на украинский блокпост, где она так долго стояла, что успевала разморозиться, потечь и протухнуть. Ее везли обратно в Мариуполь, опять замораживали и снова возвращались на блокпост. Многие машины стоят неделями. У нашего клиента фура с томатной пастой стояла месяц, пока он ее завез в ДНР. 

Военно-торговые посредники

Однако украинская еда все-таки есть на полках супермаркетов и магазинов ДНР и ЛНР. «Репортер» решил проверить, как она туда попадает, и выяснил, что многие производители торгуют, но через дистрибуторов, которые берут на себя таможенные риски. Это, в свою очередь, отражается на цене.

— Дело в том, что у каждого крупного производителя есть дистрибутор, у которого имеются оптовые покупатели. Если продукцию у дистрибутора закупил частный предприниматель, то отследить дальнейшее ее передвижение практически невозможно. Производитель не спрашивает, дистрибутор не уточняет. Производства при этом закон не нарушают: легальное юридическое лицо закупило продукцию и может продать ее, где захочет и кому захочет, — рассказывает Анна Личман, начальник отдела по связям с общественностью и прессой корпорации АТБ. Эту же информацию нам подтвердили и во многих компаниях-производителях.

— Мы пользуемся услугами дистрибуторов. Доля таких продаж составляет 9% от всего объема, а возможное удорожание продукции может доходить до 10–15%, — сказал «Репортеру» Сергей Мовчан, директор по взаимодействию с государственными органам компании «Данон».

Та же история и с медикаментами.

— Мы не владеем информацией о том, поставляют они нашу продукцию на оккупированные территории или нет. Даже если наши партнеры и берут на себя подобные риски, связанные с поставками на оккупированные территории, то компания подобной информацией не располагает, — заявили нам в ООО «Байер», производящем лекарства и медпрепараты.

— Небольшие частные предприниматели снимают склады и заказывают туда товар. Потом своим или наемным транспортом перевозят его на оккупированные территории. Транспортом торговых сетей туда продукты не поставляются. Это неоправданный риск. В опасности как жизнь водителей, так и целостность машины и продукции в ней. Проще переложить ответственность на посредников, которые поставляют товары в необходимую локацию, — рассказывает директор Украинской ассоциации поставщиков торговых сетей Алексей Дорошенко.

Вячеслав Быковец, генеральный директор Союза малых и средних предприятий Украины, считает очевидным, что речь идет о запорожских, харьковских и днепропетровских продуктовых складах, куда местные предприниматели закупают продукцию и направляют через блокпосты — им невыгодно терять освоенный рынок. Денис Железнов, который до недавнего времени был директором харьковской дистрибуторской фирмы, также утверждает, что из-за неоправданных рисков серьезные дистрибуторы не станут заниматься поставками на оккупированные территории:

— Представьте, дистрибутор отправляет фуру подгузников, которая стоит в среднем полтора миллиона гривен. Молчу про сигареты, спиртное и дорогие продукты питания, ведь стоимость фуры с ними доходит до 3 млн грн. Затем эта фура пропадает. Деньги потеряны. Причем чем высоколиквидней товар, тем больше рисков, что так и случится.

В целом опрошенные «Репортером» предприниматели и эксперты подтверждают, что «военные посредники» — перевозчики, которые поставляют продукты в ДНР и ЛНР, — это частники, причем проживающие на территориях сепаратистов.

— Это случайные люди, которым нечего терять, им необходимо быстро заработать деньги и в большом количестве, — считает Денис Железнов. — У этих людей нет выхода, кроме как садиться за руль микроавтобуса, машины, оформлять пропуска, платить взятки на блокпостах и везти товар. Налаженный бизнес тут не построишь, слишком быстро все меняется, крупные бизнесмены туда не полезут. Перевозчики работают на свой страх и риск. Иногда они изначально договариваются с магазинами, куда везут продукты, иногда сами хозяева магазинов за ними едут. Чаще всего возят легковыми авто. Это легче, привлекает меньше внимания.

По словам Дениса Железнова, в дистрибуторской компании, где он работал, регулярно затовариваются подобные перевозчики. Причем не только с оккупированных территорий, но и с приближенных, вроде Славянска и Мариуполя, так как там до сих пор проблемы с поставками. Но системы поставок, как раньше, нет и быть не может.

— При этом риск несопоставим с деньгами, которые ты зарабатываешь, — уточняет Игорь Сарана, донецкий грузоперевозчик, который сам не раз доставлял продукты через границу. — Где-то в середине февраля я был в Украине, ехал пустой на грузовой «Газели» с семьей — беременной женой и семилетним ребенком. Остановили автоматчики на украинском блокпосту и не хотели пускать без пропуска. Я не доехал домой 10 км. После долгого выяснения отношений меня пропустили. Больше выезжать не рискую. А многие местные соглашались, потому что нужны были деньги, отсутствовала работа. Но за последний месяц все мои знакомые перестали заниматься перевозками.

Владелец небольшого магазина в Донецке говорит, что еще несколько месяцев назад заказывал товар у поставщиков. Теперь же регулярно возит товар через границу сам, договариваясь с конкретной сменой на одном из украинских блокпостов. Все ограничения упираются в сумму взятки. Продукцию он закупает в супермаркетах в Украине и перевозит через границу в легковой машине, затем ставит наценку в магазине около 150%. Сюда входят риски, бензин, сумма взятки и прочие расходы.

— При этом машина с продукцией может простоять на блокпосту очень долго. Перевозчики сразу предупреждают, что ответственности за товар не несут, — рассказывает Алексей Дорошенко. — Это ожидаемо, ведь если на оккупированной территории жизнь человека не защищена, его здоровье тем более. С точки зрения украинского и российского законодательства, ответственность за продукцию, которую произвели некачественно, несет производитель или поставщик, если же она испортилась в процессе поставок или продажи — торговая сеть, которая ее продает. Только никто искать виновного не будет, как минимум потому, что узнать, кто поставщик, нереально.

Все решаемо

— Начиная с января пошли слухи о массовой продовольственной блокаде и что товар из Украины в зону АТО не поставляется, — говорит Алексей Дорошенко. — Но на самом деле он есть, хотя в меньших объемах. Дело в том, что еще в прошлом году за пересечение границы перевозчики платили продуктами. И на украинских, и на сепаратистских постах военные стояли голодными. Причем они не требовали, а просто просили. Со временем перешли на расценки. А вот последние месяцы это стала жестко выслеживать СБУ, поэтому теперь вопросы с крупным грузом решаются не через военных на блокпостах, а через «своих сверху» — в МВД и СБУ. Именно там формируются тарифы, а на блокпостах просто пропускают машины по звонку. Только, если честно, в последнее время органы стали работать очень активно, взяточников быстро вылавливают и закрывают лавочку.

Игорь Сарана также подтверждает этот факт:

— Сейчас, чтобы завезти что-то в Донецк, нужно давать звезду героя! Последние два месяца блокируется все украинскими блокпостами. Товарищ возил лампочки в начале марта, три недели не мог заехать. В итоге в Курахово машину разгрузили, и он не довез товар. Теперь перевозчикам нужно получить множество справок, в том числе доказать, что налоги они уплачивают в Украине. Товарищ все это сделал, получил необходимые документы, но в последней инстанции представитель штаба АТО отказал ему в проезде без объяснений, хотя тот просто искал рынок сбыта.

— Сейчас один из самых больших транспортных потоков на оккупированные территории проходит через город Курахово. Так вот, чуть больше недели там стоял джип с белой тарелкой и микрофоном направленного действия, — рассказывает водитель одной из фур, которая стоит под Курахово. — Все перевозчики в телефонном режиме обсуждали, как они планировали пересечь тот или иной блокпост, и это прослушивалось. Затем машина исчезла, и абсолютно все бригады на блокпостах, с которыми было договорено о проезде, сменились в один день, граница стала непреодолимым препятствием. Получается, сами перевозчики по телефону рассказали, где, как и за какие деньги проходят границу. 

И все же возможность пересечь границу осталась, просто выросла цена вопроса. Перевозчики говорят, что она стартует от $3 тысяч с фуры. Договариваться надо только в Киеве: либо с руководством СБУ, либо с руководством Госфискальной службы, чьи представители также находятся на постах. Естественно, это доступно лишь крупным компаниям. Но даже эти договоренности не всегда срабатывают.

Есть еще одна возможность провести товар — по полю в обход блокпостов.

— Фуры теперь гонят полями по несколько штук. Товарищ вот гнал пять фур с продуктами через Волновахский район. На одном из полей из кустов в посадке выехал джип, вышли вооруженные люди и сказали, что с каждой фуры необходимо сдать по 10 тысяч грн. В таком случае путь для него открыт. Товарищ развернул весь караван обратно. Сами понимаете, рентабельность при таких взятках нулевая, а реально — бизнес в минус, — рассказывает Игорь Сарана. По его словам, на блокпостах сепаратистов ситуация иная. Жители оккупированных территорий нуждаются в продуктах, поэтому завозить их позволяют при условии оплаты таможенной пошлины, которая зависит от количества товара, страны производства и декларируемой стоимости. В самопровозглашенной ЛНР и вовсе утвердили нулевые ввозные пошлины на большинство основных продуктов питания.

Сложность поставок украинских товаров через блокпосты влияет на их стоимость. При этом в ДНР и ЛНР покупательский спрос очень низкий и продолжает падать. Как уточняет Алексей Дорошенко, товар в зону АТО идет самый простой. При этом логистика такого товара очень невыгодна. Сколько бы соли вы ни везли, на ней возможно заработать, только если сделать наценку в 200%, что там и происходит. Регулируют ценообразование в самопровозглашенных республиках и товары из РФ, которые дороже украинских на 50–100% . Только вот если добавить к себестоимости затраты на перевозку, взятки и риски, украинские и российские продукты уравниваются в цене, при этом завезти вторые гораздо легче. Соответственно, украинских товаров становится все меньше, а 3 млн потребителей переходят на продукцию России. Таким образом, с экономической точки зрения, Украина только проигрывает. 

СТАЛКЕРЫ СЕРОЙ ЗОНЫ: С КЕМ ДОГОВАРИВАЮТСЯ, ЧТОБЫ ГРУЗ ПРОПУСТИЛИ

Текст: Александр Сибирцев

Неофициально представители торговых сетей признают, что груз можно без проблем провезти на мятежные территории, только имея надежную «крышу» в руководстве украинских силовиков.

— Наша торговая сеть имеет свои филиалы во всех крупных городах Донецкой и Луганской областей, — говорит «кризисный логист» одной из всеукраинских сетей супермаркетов. — Для провоза своих грузов мы получаем пропуска, «вездеходы», — бумаги с подписями и печатями командования АТО. Это серьезный бизнес, в котором заинтересованы по обе стороны — как в Киеве, так и в Донецке и Луганске. Все имеют свою долю интереса — это десятки тысяч гривен в месяц. Ставка интереса (взятки. — «Репортер») за прогон одной фуры мясопродуктов — около 10 тысяч грн. Около 6–7 тысяч уходит «украинской стороне», остальное — «встречающим», командирам отрядов в ДНР. Обе стороны заранее знают о прогоне груза, договариваются по телефону. Также все наши грузы сопровождают помимо экспедиторов сотрудники СБУ. Они едут с фурами до крайнего украинского блокпоста. Этого достаточно, чтобы не давать мелкие взятки на блокпостах. Сопровождающим груз офицерам СБУ негласно выделяется денежная премия за риск. Кстати, со стороны ДНР наши грузы тоже сопровождают их бойцы — до крайнего блокпоста сепаратистов. Хотя все документы в порядке и нашу фирму все хорошо знают, на любом блокпосту могут быть осложнения. Придраться всегда есть к чему, да и отморозков хватает по обе стороны. Поэтому водителям и экспедиторам разрешено давать там «подарки» — не деньгами, а продуктами, которые они везут. Это делается для того, чтобы не вызывать озлобления у военных и сепаров на блокпостах. Обычно на подарки выделяется несколько палок колбасы или ящик консервов.

Но помимо «кризисных логистов» крупных компаний в зоне АТО есть и другой тип «сталкеров».

Боец ВСУ Алексей К., несущий службу на одном из блокпостов, рассказал о том, что многие жители прифронтовых населенных пунктов успешно освоили профессию «проводника контрабанды».

— Грузы крупных торговых компаний, если они договариваются со штабом АТО и СБУ, проходят как по маслу, — говорит боец. — Потому что их сопровождают эсбэушники. А мелочь, которая туда-сюда гоняет микроавтобусы и грузовички с «контрабасом», едет обходными путями. Проводят их местные по проселочным дорогам. Такса — от 200 до 500 грн за проводку одного микроавтобуса или грузовика. Вообще-то, сплошной линии фронта между нами и сепарами нет. Граница существует лишь в головах генералов в штабе. Всегда можно проехать незамеченным как туда, так и обратно. Такса за проводку грузовика с углем на украинскую сторону — 2 тысячи грн, плюс тысячи 3 уходит на подмазку военных на блокпостах во втором и третьем эшелонах — за десятки километров от передовой. А за сигареты и спиртное — от 10 до 15 тысяч грн за весь «маршрут».

Интересен ассортимент контрабанды в АТО. По словам Алексея, в ДНР везут стеклотару, акцизные марки и спирт для изготовления там контрафактного алкоголя. Обратно — уже готовую водку и даже виски с джином. Так же в ДНР завозят картон, акцизные табачные марки, папиросную бумагу. Обратно — поддельные сигареты популярных брендов, которые производятся в Донецке. Таким же образом из Украины транспортируют мясопродукты — свежее и мороженое мясо, сало и колбасу для дальнейшей контрабанды в Россию. А из России через ДНР и ЛНР в Украину — контрабандные сигареты российского производства, как правило, фабрики «Донтабак».

В свою очередь глава пресс-службы АТО Владислав Селезнев заверил, что военные не имеют никакого отношения к пропускному режиму на блокпостах.

— Пропусками через блокпосты занимаются сотрудники СБУ при штабе АТО, — пояснил спикер штаба.