Текст: Игорь Бурдыга, Андре Айххофер специально для «Репортера»

Жители самопровозглашенных республик теряют еще одну связь с «большой Украиной» — гастрономическую. Из-за особого пропускного режима, действующего вот уже больше двух месяцев, ДНР и ЛНР остались без украинских продуктов и других повседневных товаров. Журналист «Репортера» наблюдал из Донецка, как бюрократические барьеры все сильнее разделяют украинский восток

Кофе, сигареты, порошок…

— Гель для душа у меня только российского производства остался. Или лучше берите вот это — Европа! Шампуня сейчас хорошего нет, а стиральный порошок жидкий возьмите, из Германии, — продавщица маленького магазинчика бытовой химии на Крытом рынке Донецка крутит у меня перед лицом пузырьки с абсолютно незнакомыми этикетками. — Нет, «Тайда» уже давно не было, где ж его теперь взять?

«Тайд» остался только в одном киоске. За полуторакилограммовую пачку просят 150 грн — в два раза дороже, чем в Киеве. На мой вопрос, откуда порошок, продавщица заговорщицки подмигивает и полушепотом сообщает, что у ее поставщиков блат на блокпосту возле Курахово. Если абстрагироваться от рыночной суматохи, то можно представить, что речь идет о покупке кокаина где-нибудь в притонах Марселя, а не банального средства для стирки в Донецке.

В соседнем ряду обнаруживаю магазинчик с неожиданно богатым ассортиментом кофе. Здесь его несколько десятков видов, от пакетиков «3 в 1» до дорогой, хорошо обжаренной арабики в зернах. Немного теряюсь от подобной роскоши — за последнюю неделю в супермаркетах я находил разве что растворимый «Якобс». Впрочем, хозяйка магазинчика Надежда жалуется, что и у нее ассортимент заметно обеднел.

— Второй раз за месяц машина с товаром из Курахово в Днепропетровск вернулась — не пропускают. Каждый раз какую-то новую бумажку требуют, — рассказывает женщина, маскируя опустевшие места на полках. — Ну ничего, с понедельника сама попробую, пропуск у меня, слава богу, есть, а говорят, в личных вещах можно на 10 тысяч товару провезти, если имеются квитанции.

В целом субботний донецкий рынок выглядит куда оживленнее опустевших супермаркетов. Здесь можно найти и средства гигиены, и зелень, и даже первую клубнику, якобы из Крыма. Но гораздо больше внимания привлекают ставшие, казалось бы, уже дефицитными куриные яйца.

— Что, неужели из Волновахи яйца? — с удивлением показываю продавщице на картонный ценник. — Импортные?

— Та ні, разве з Волновахи привезеш! З Амвросієвки, — укутанная тетушка принимается зачеркивать «заграничное» название.

— А почему тогда дорогие такие? — скорее про себя, чем вслух, возмущается кто-то из очереди ценам в 28 грн за десяток.

— Так а в них же кормів теж нема. Не привозять з України корма, от вже скоро курей різать начнуть, — бойко отвечает продавщица.

Впрочем, по-настоящему шокируют в донецких магазинах даже не цены, хотя от моркови по 20 с лишним гривен за килограмм становится действительно не по себе. Действительно удивляют тянущиеся вдоль огромных залов ряды пустых полок. За два месяца пропускного режима ассортимент донецких сетевых супермаркетов — «Бруснички», «Обжоры», АТБ и «Амстора» — существенно оскудел.

Некоторые группы товаров исчезли полностью. В магазинах не встретишь украинской минеральной воды, сладкой газировки от Coca-Cola или Pepsi, соков, отечественного пива, за исключением продукции местного завода. Значительно сократился ассортимент макаронных изделий, сыра, колбас, заканчиваются сильно подорожавшие рыбные консервы, в мясных отделах сиротливо лежат замороженные куриные тушки. В крупной «Обжоре» работники торгового зала, пытаясь замаскировать пустоту, забивают все полки холодильника молочной продукцией местного производителя «Геркулес» — другой в городе не осталось.

— Мы же теперь ничего отсюда вывезти не можем, так хотя бы на местном рынке теперь «монополисты», — с грустной иронией рассказывает один из менеджеров компании, поставлявшей пельмени и мороженое по всей стране. — Но уже не выполняем заявки в полном объеме, к нам сырье теперь не доходит. Пробовали недавно вот йогурты без сахара делать…

Мы сидим в одном из центральных ресторанов Донецка, пьем эспрессо и удивляемся тому, что дефицит продуктов никак не сказался на местном меню. Пользуясь тем, что «правительство» сепаратистов сняло украинский запрет на курение в общественных местах, мой собеседник достает пачку незнакомых мне сигарет. Это еще один результат перекрытых блокпостов — привычных украинских и международных марок в Донецке не достать. Их нишу заняла контрабанда из России, Белоруссии, а также продукция местной фабрики «Хамадей», которую много лет обвиняют в производстве контрафакта. Табачные киоски в Донбассе пестрят разноцветными пачками необычных торговых марок, но цены на сигареты все равно выше украинских на 5–7 грн.

Граница на замке

Пункт пропуска в Курахово вызывает у меня ощущение легкого дежавю. Все это недавно приходилось видеть на границе между Херсонской областью и Крымом. Такие же местные старушки, пешком проходящие блокпосты, километровые очереди фур с товаром, обозленные дальнобойщики, неделями живущие в кабинах своих грузовиков и справляющие нужду прямо под колеса.

Временный порядок контроля перемещения в зоне АТО был принят в конце января и за два с половиной месяца для многих жителей сепаратистских территорий стал уже пусть досадной, но привычной проблемой. Кто-то научился подавать заявки на пропуска удаленно, кто-то привык по нескольку дней стоять в очередях или ездить на блокпосты по два раза в неделю. Появились профессиональные посредники со связями на пунктах пропуска и даже специальные автобусные маршруты от компании «Шериф», в которых, заплатив за билет на 300 грн больше обычного, можно избежать всех процедур проверки.

С грузами получилось сложнее. Во-первых, процедура их оформления заведомо дольше. В течение трех рабочих дней координационный центр пропуска рассматривает заявки только на гуманитарные грузы. Чтобы ввезти сырье для производства, нужно подать заявку за 10 дней, все остальные товары могут оформляться в течение месяца. Перевозить грузы могут только компании и предприниматели, зарегистрированные на подконтрольной правительству Украины территории, исправно платящие налоги. Подавая заявку, они должны указать отправителя и получателя груза, иметь все необходимые накладные и договоры на поставку. Но и это не гарантирует успеха.

— Мы еще в феврале подали все документы, оформили пропуска на наших водителей и машины, но в результате все упирается в человека на блокпосту, который просто не пропускает машину, говорит, есть приказ сверху никого не пропускать, — рассказывает мой собеседник в «Геркулесе».

Ни «Геркулеса», ни других производителей питания, ни ретейлеров нет в утвержденном перечне предприятий, которым разрешен ввоз и вывоз грузов в ДНР и ЛНР. Список, размещенный на сайте СБУ, несмотря на свой внушительный размер, состоит в основном из крупных промышленных предприятий угольной отрасли, металлургии, энергетики. Исключением стал разве что донецкий дистрибутор детских игрушек и макеевский дилер услуг мобильной связи. Остальные вынуждены стоять или искать, кому бы дать взятку. А они, по слухам, составляют 100 тысяч грн за фуру. Но то ли это всего лишь слух, то ли сумма для местного бизнеса неподъемная — украинских товаров на оккупированных территориях с каждым днем все меньше.

Гуманитарное неравенство

Разрушенное Дебальцево еще долго будет приходить в себя. После нескольких дней артобстрелов в городе не осталось ни одного целого здания, до сих пор восстанавливается электро- и водоснабжение. В паре заработавших недавно магазинов и на небольшом рынке идет незатейливая торговля: хлеб, овощи, замороженные куриные окорочка. Все втридорога.

— А как везти? Откуда? Там нас теперь не пропускают, — женщина с картошкой по 30 грн за кило кивает куда-то на северо-запад в сторону украинских блокпостов.

Покупателей на такие цены немного — рабочих мест в городе практически не осталось, денег у населения почти нет. Тем не менее за последний месяц в Дебальцево вернулось несколько тысяч жителей. Как ни странно, многие из них поддерживают боевиков-сепаратистов, обстреливавших город во время наступления.

— Ну, помогают они нам, электричество вон вешают, гуманитарку привозят, — пенсионер Николай Александрович неспешно ковыляет домой от здания бывшего супермаркета, где по талонам он получил полбулки хлеба и бутылку масла.

Бесплатно продукты тут уже несколько недель выдают пенсионерам, инвалидам и матерям с детьми до трех лет. Остальные граждане тоже могут получить бесплатные продукты, если запишутся на общественные работы — в те же пункты выдачи, больницы, на уборку улиц.

Выдающие талоны волонтеры признаются, что продуктов немного, в основном это содержимое российских гуманитарных конвоев. При этом в феврале боевики не пустили в город гуманитарный груз из Украины якобы из-за того, что на фурах с продовольствием и медикаментами был изображен государственный флаг.

Помощь жителям Дебальцево привозит и Международный комитет Красного Креста — одна из пяти организаций, которой в рамках новой пропускной системы разрешено провозить гуманитарку через линию фронта. Остальные четыре — «Врачи без границ», гуманитарный штаб Рината Ахметова, чешская организация People in Need и адвентистский благотворительный фонд «Лучшая жизнь». И хотя в Минсоцполитики утверждают, что содействуют перемещению всех благотворительных грузов, мелкие волонтерские организации жалуются, что их работа за последние месяцы сильно затруднилась.

— Первой проблемой стал дефицит. Мы просто не можем купить в Донецке те же подгузники на деньги, которые нам жертвуют люди со всей страны, — рассказывает волонтер группы «Ответственные граждане» Ольга Коссе. — Позже к этому добавились проблемы на блокопстах.

С Ольгой и еще одним волонтером Дмитрием Шибаловым мы беседуем возле штаба «Ответственных граждан» в Донецке, пока они собираются на один из блокпостов забирать детскую одежду и подгузники, которые несколько дней назад не пропустили через линию столкновения.

— Когда мы выезжали из ДНР, нас неожиданно тщательно на украинском блокпосту обыскали, проверили телефоны, утверждали, что у нас поддельные пропуска. Через несколько часов, возвращаясь через тот же блокпост, мы узнали, что нас не пропустят — в качестве личного багажа можно провозить не более 50 кг, — вспоминает Ольга. — Все наши документы были ни к чему, а когда потом один из милиционеров отвел меня в сторону и непрозрачно намекнул, что надо поделиться, моих 400 грн оказалось мало, ведь проверяющих много.

— Фактически сейчас мы оказались в ситуации, когда мелкие благотворительные организации остались не у дел, — печально констатирует Дмитрий. — Провозить грузы самостоятельно мы не можем, да и развозить чужую гуманитарку скоро будет не за что с нынешними ценами на бензин.

Переориентация с выгодой

С бензином в Донецке проблемы. Есть он далеко не на всех заправках, а там, где есть, стоит около 25 грн за литр (недели две назад стоил около 30 грн). Передвижение на собственном автотранспорте за последние месяцы в ДНР стало роскошью. Такая ситуация сложилась после того, как в конце февраля российские пограничники перекрыли процветавшие до того контрабандные схемы поставок топлива в «республики». Сейчас, по слухам, будет внедряться единая схема поставок топлива из России под контролем властей РФ. Цены при этом обещают делать ниже украинских. Но пока она не заработала — с бензином дефицит.

Закупки российского горючего стали первой попыткой интеграции ДНР в российский товарооборот. В марте в связи с дефицитом лидеры сепаратистов заговорили о поставках из РФ продуктов питания. Уже в середине марта на полках магазинов можно было увидеть газировку из Ростова-на-Дону, позже появились средства гигиены, сахар и соль.

Впрочем, хоть сколько-нибудь серьезно заместить украинские товары российскими пока не удалось. Во-первых, цены на продукты в соседней Ростовской области значительно выше, и такая переориентация приведет к очередному витку инфляции в ДНР. Но главное, ситуацию пока что буксируют россияне, чье налоговое законодательство не позволяет предпринимателям поставлять товары в обход украинской таможни. Сразу несколько донецких бизнесменов рассказали «Репортеру», что их попытки наладить сотрудничество с российскими дистрибуторами пока ни к чему не привели.

В то же время, по их словам, сейчас якобы создается некая посредническая схема с участием Абхазии — самопровозглашенной республики, которую РФ, в отличие от ДНР, официально признала.

— На границе с Россией создали «абхазский» блокпост, — рассказывает один из собеседников «Репортера». — Пройдя российскую таможню, поставщик продает груз абхазцам, а те уже заходят с ним на «таможню» ДНР.

Подобная схема вполне укладывается в обнародованные планы лидера сепаратистов Александра Захарченко переориентировать ДНР на российский рынок. «Блокада, которую ввела Украина, является серьезной угрозой. Мы не получаем ни продукты, ни ГСМ. Правительству поставлена задача обеспечить завоз продуктов из РФ, сделать экономику страны более привязанной к рублю, чем к гривне», — заявлял он еще в начале марта.

Ограничение товарооборота с подконтрольными Украине территориями за два месяца действительно привело к дефициту гривны в ДНР и ЛНР, и во второй половине марта самопровозглашенные республики одна за другой ввели в обращение рубль. Теперь российскую валюту официально принимают в магазинах, а в ближайшее время сепаратисты обещают выдавать в ней пенсии, пособия, а также зарплату врачам и учителям. И если это удастся, то такая мягкая интеграция Донбасса в российскую бизнес-систему как минимум повысит лояльность местного населения к сепаратистам, а в перспективе может стать основной и для политической интеграции граждан, от которых киевское правительство отгородилось если не кирпичной, то экономической стеной.

Статья подготовлена при поддержке медиа-проекта Stereoscope Ukraine немецкой некомерческой организации n-ost