Текст: Светлана Крюкова

1. Битва за кредит МВФ

Итог: битва выиграна с большими потерями, войска зализывают раны и интересуются, как им жить дальше

В прошлом году первое правительство Арсения Яценюка подписало и успешно провалило реализацию кредитной программы stand by. Выдача траншей была заморожена. С одной стороны, из-за формального невыполнения меморандума. С другой — из-за эскалации военного конфликта в Донбассе и неопределенностей с конфигурацией власти в стране. Новая кредитная программа была нужна Арсению Яценюку как воздух. Без нее страну ждал дефолт, гривну — девальвация, а премьер-министра — неминуемая отставка. Для того чтобы возобновить диалог с МВФ, Украина пошла на беспрецедентные меры.

Во-первых, был досрочно распущен парламент — пре-дыдущий созыв просто не проголосовал бы за нужные реформы. Во-вторых, в правительство делегировали целую группу иностранцев. И вопрос тут даже не в гражданстве министра финансов Натальи Яресько или министра экономики Айвараса Абромавичуса, а в том, чьи интересы они представляют. Интересы не президента и его партии, не премьера и его партии, а западных союзников. И в-третьих, Украина дважды была вынуждена идти на перемирие с сепаратистами. МВФ попросту не дал бы денег, если бы в стране продолжались активные боевые действия. В итоге $5 млрд уже на счетах Минфина и Национального банка, и в ближайшем будущем (если все будет хорошо) в страну придет еще такая же сумма.

Одновременно разморожены переговоры с другими донорами. В частности, Евросоюз выделит Украине 1,8 млрд евро, Германия — 500 млн евро. Меньшие суммы дадут Швеция, Япония и Канада.

Однако полноценная реализация меморандума с МВФ приведет к существенной трансформации всего политического и экономического пространства страны. И дело не только в многократном росте тарифов, замораживании зарплат и пенсий, сокращении штата учителей, врачей и закрытии школ и больниц (хотя понятно, что это может многократно усилить социальную напряженность в стране).

Дело в том, что МВФ жестко требует привлечь к ответственности всех виновных в банковском кризисе. Судя по тексту меморандума с МВФ, основными виновниками являлись бенефициары проблемных украинских банков, которые за счет депозитов граждан выдавали безвозвратные кредиты связанным с банком лицам (инсайдерам). МВФ потребовал их наказать. Уже принят закон об уголовной ответственности собственников банков, то есть отныне каждое решение НБУ о ликвидации финучреждения будет автоматически сопровождаться открытием уголовного производства против его бывших владельцев.

Кроме того, МВФ требует провести судебно-бухгалтерскую экспертизу деятельности всех проблемных банков. Для чего будет привлечен пул международных экспертов, в частности из ФБР. И материалы по итогам экспертизы будут переданы в правоохранительные органы. А это — тысячи, а может быть, десятки тысяч уголовных производств и сотни банкиров, которые получат длительные сроки заключения.

Наконец, МВФ требует прекратить кредитование связанных с банками лиц, тем самым фактически настаивает на ликвидации банковской системы Украины в том виде, в котором мы к ней привыкли. В лучшем случае это приведет к тому, что оставшиеся в живых украинские банки будут за копейки скуплены иностранными инвесторами, в худшем — мы и в этом году будем наблюдать массовую ликвидацию банков.

2. Битва за гривну

Итог: отступление правительственных войск продолжается, предпринимаются попытки контрнаступления, которые, однако, не позволяют надолго закрепиться на занятых рубежах

За прошлый год гривна девальвировала в 2,5 раза — с 8 до 20 грн за один доллар (или, если верить официальному курсу по состоянию на конец года, до 16 грн). Среди главных причин — дефицит НАК «Нафтогаз Украины» размером в 170 млрд грн. Эти деньги были напечатаны Нацбанком и тут же выпущены на валютный рынок для покупки газа. Еще одна причина — резкое снижение экспорта,
в особенности в Россию, и, как итог, уменьшение притока валютной выручки. Все это усугубилось падением цен на основной украинский экспорт, в частности на металл.

В числе причин также массовый вывод депозитов из-за военных действий. Депозиты де-факто замещались рефинансированием со стороны НБУ, то есть эмиссией. В этом году, как казалось правительству, все вышеперечисленные факторы, которые давили на курс гривны, фактически себя исчерпали.

Но уже первые месяцы года показали, что здоровье гривны намного слабее, чем все думали: курс рухнул в несколько прыжков до 32–34 грн за доллар, а на черном рынке в отдельные дни достигал 40 грн. Главным фактором стало тотальное неверие населения и бизнеса в стабильное будущее страны, что спровоцировало гигантский отток средств как из страны, так и по направлению гривна-доллар.

Остановить падение национальной валюты и повернуть его вспять Нацбанк попытался драконовскими мерами — фактически запретив импортерам покупку валюты и став единственным игроком на рынке. Таки-ми методами ему довольно легко удалось сбить курс до 21,5 накануне принятия решения МВФ о кредите. Но через несколько дней после того, как это решение было принято, импортеров начали понемногу пускать на рынок и курс уверенно пополз вверх. На какой отметке он остановится, прогнозировать вряд ли возможно. В конце концов, Нацбанк в любой момент может ввести новые ограничения, позволив оплачивать лишь критический импорт, а реальный курс будет только на черном рынке.

 Любопытно, что правительство и лично Арсений Яценюк неоднократно пытались дать понять общественности, что к курсу гривны отношения не имеют. Мол, «виноваты Нацбанк и его глава Валерия Гонтарева, а они — сами знаете, под кем ходят». Впрочем, на это можно ответить словами председателя Нацбанка Украины в 1993–1999 годах Виктора Ющенко: «Если у вас немереный дефицит бюджета, который покрывается станком, не спрашивайте, почему у вас слабые деньги. Если у вас дефицит платежного баланса, который вы не можете урегулировать без МВФ, не спрашивайте, почему слабые национальные деньги. Если вы принимаете бюджет и меряете дефицит в 65 млрд грн (даже не учитывая его огромную скрытую составляющую), вы сегодня принимаете решение о включении банкнотно-монетного станка. Если мы выбрасываем 65 млрд неподтвержденных денег, когда экономика идет минус 7%, если вы неспособны сформировать жесткую политику в сфере государственных финансов, торговую политику, платежную политику, то гривна — это следствие. Если проводится плохо сбалансированная политика, то гривна показывает то, как барометр. Слабость национальных денег — это реакция на клинику, возникающую в других, более фундаментальных сферах».

3. Битва за энергетическую стабильность

Итог: перезимовали с божьей помощью. Но основные проблемы не решены

Украина заканчивает отопительный сезон с газохранилищами, наполненными газом, — осталось около 8 млрд кубометров. При общем объеме в 30 млрд кубометров. Хотя еще в октябре прошлого года и аналитики, и руководство НАК «Нафтогаз Украины» не могли свести газовый баланс — не хватало около 5 млрд кубометров. Битва за тепло в домах далась нелегко. На нашей стороне была рекордно теплая зима, что позволило не только сэкономить газ внутри страны, но и резко увеличить объемы импорта сырья из Европы: европейские хранилища были переполнены из-за теплой погоды и на континенте был избыток голубого топлива.

В определенные моменты «Газпром» снижал экспорт через территорию Украины более чем в 10 раз, стараясь заставить европейцев отказаться от идеи реэкспорта. Однако теплая погода плюс стоящие заводы в Донбассе, которые были очень серьезными потребителями сырья, не позволили это сделать. Помогла правительству и газовая мобилизация: частные добытчики были обязаны сдавать газ государству по фиксированным ценам. А частный газ в хранилищах был фактически экспроприирован в пользу государства.

Однако главным образом Украине помог неоднократно критикуемый (в том числе и самим Яценюком) контракт на поставку электроэнергии в Крым. По сути, Киев дал понять России: если она не поможет Украине пережить зиму, то полуострову отрежут все что можно: и свет, и воду, и газ. Это подействовало. Был заключен контракт, по которому Украина полностью обеспечивает потребности Крыма в электроэнергии, а Россия продает нужное нам количество электричества по той же цене и, самое главное, обеспечивает поставки угля в Украину, заблокированные в конце прошлого года. Именно после этой договоренности по стране были отменены веерные отключения электроэнергии.

Но основные проблемы энергетической безопасности не решены. Правда, из-за падения цен на нефть импортная цена на газ сейчас почти на треть ниже, чем год назад. Худо-бедно осуществляются и программы энергосбережения: строятся котельные на твердом топливе, которые заменят газовые котлы для отопления школ, больниц и предприятий. С другой стороны, из-за девальвации гривны эффект от удешевления газа для внутреннего потребителя незначителен. Урезание потребления газа за счет промышленных предприятий уничтожает украинскую химическую промышленность, что бьет и по сельскому хозяйству, которому теперь нужно потреблять импортные удобрения (см. ниже «Битва за урожай»).

Теперь нам нужно импортировать даже уголь (из-за того что значительная часть шахт осталась на территории ДНР и ЛНР, а также из-за сокращения дотаций на углепром). Импортируем мы и почти все остальные виды топлива (кроме биотоплива), что с учетом девальвации гривны не позволяет стране чувствовать себя уверенно. В конце концов, России или другим странам, но за топливо придется платить. Кроме того, РФ планирует к концу следующего года перебросить на Крым линии электропередачи из Краснодарского края, что сузит возможности использования Киевом крымского фактора. 

4. Битва против коррупции

Итог: коррупция возглавлена

Жертвами борьбы с коррупцией уже стали два генеральных прокурора — Олег Махницкий и Виталий Ярема. Оба высокопоставленных чиновника не смогли справиться с многочисленными искушениями и были отправлены в отставку по требованию неудовлетворенного их деятельностью гражданского общества. Именно активисты пролоббировали закон о публичности информации относительно владельцев недвижимости. И сейчас чуть ли не каждый день становится известно, какую недвижимость и за какую цену купили сын министра внутренних дел Арсена Авакова и даже мать депутата-бессребреника Олеся Дония.

Впрочем, публичность этой информации политикам и членам их семей фактически ничем не грозит. Время от времени громко требуют конфискации, но никто решение принимать не спешит. Даже имущество крымских сепаратистов во главе с застройщиком Владимиром Константиновым (председатель Верховного Совета Крыма) было арестовано только на днях, очевидно, в преддверии годовщины референдума в Крыму. Также никто не спешит создавать Антикоррупционное бюро. Конкурс по выбору его руководителя проходит неспешно (зато публично), и чем он закончиться — никому непонятно. Даже с коррупцией в фискальных органах, побороть которую проще всего и которая сильнее всего возмущает общество, справиться не удалось.

Глава фискальной службы Игорь Билоус вместе со своими заместителями отстранен от работы, а деятельность бывших налоговиков проверяет специальная комиссия. Чем закончится ее работа и посадят ли бывших топ-чиновников, пока неясно. Но уже сейчас понято, что объем коррупции на уровне таможенных постов никак не уменьшится: таможенники регулярно умудряются брать дань даже с волонтеров, которые везут припасы для армии из Европы.

Борьба с коррупцией в принципе не может быть успешна при нынешней квотной системе управления правительством, когда каждый уважающий себя олигарх имеет в нем своего полномочного представителя, а сами высшие чиновники активно занимаются накоплением капитала со скоростью, которой позавидовала бы семья Януковича. По этому поводу активисты много говорят и возмущаются, но ничего не меняется. Все-таки даже самые честные и правильные активисты не заменят обществу полноценную оппозицию, в отсутствие которой власть не сильно заботится о борьбе с коррупцией.

5. Битва за бюджет

Итог: денег нет

По итогам января дефицит Госбюджета-2015 вырос почти в шесть раз — до более 9 млрд грн, что отчасти обусловлено не только девальвацией гривны, снижением экспортно-импортных операций, коррупцией, но и пробуксовкой налоговой реформы.

Еще позапрошлое правительство времен Януковича решило перенести основную налоговую нагрузку с малого и среднего бизнеса, а точнее с обывателей, на олигархов, вернее на крупных налогоплательщиков. Для этого в фискальной службе был создан офис по работе с крупными налогоплательщиками, инициированы законопроект о трансфертном ценообразовании, повышение налогов на пассивные доходы. В результате реализованы были только два проекта: повышение налогов на пассивные доходы в виде дивидендов, процентов и роялти, а также повышение рентных ставок. Трансфертное ценообразование заработает со следующего года.

Полной профанацией оказалась и борьба за легализацию зарплат при помощи широко распиаренного снижения ставки ЕСВ. Условием для того, чтобы попасть в эту программу, стало резкое увеличение зарплат, на что никто из предпринимателей в условиях кризиса идти не хочет, да и не может. Налоговый компромисс также не заработал в полную силу из-за банального отсутствия у компаний оборотных средств, чтобы заплатить государству.

По большому счету все, что делало правительство в налоговой политике за последний год, было подготовкой к реформе, поскольку ключевые нормы налогового кодекса еще не заработали. Из того, что еще не сделано: не обузданы лендлорды. Агрохолдинги фактически не платят налогов, а сельское хозяйство является своеобразным внутренним офшором. МВФ потребовал от правительства изменить эту ситуацию и с 1 января 2016 года перевести аграриев на общую систему налогообложения. Получится или нет, покажет время.

6. Битва за «Укрнафту»

Итог: Коломойский и ныне там

Борьба с Игорем Коломойским за возвращение правительственного контроля над компанией «Укрнафта», где у государcтва более 50%, но всем управляет при помощи своего менеджмента Коломойский с 40% акций, власть ведет сразу по многим направлениям. Правда, не вся власть и не так чтобы успешно.

16 марта глава экономического комитета Верховной Рады Андрей Иванчук, правая рука премьер-министра Арсения Яценюка и один из бизнес-партнеров губернатора Днепропетровской области, подал в отставку с должности главы комитета. Его вынудили это сделать соратники по коалиции, которые обвиняли Иванчука в лоббировании интересов Коломойского при принятии закона о минимальном кворуме для проведения собрания акционеров. Этот закон необходим, чтобы принудить олигарха заплатить дивиденды от деятельности «Укрнафты» — около 1,8 млрд грн. Однако он не реализуется, потому что, согласно утвержденной Радой редакции, норма о кворуме начнет действовать лишь с начала следующего года.

А новую редакцию не дают принять друзья днепропетровского губернатора.  Еще одно противостояние между властью и Коломойским проходит в Министерстве энергетики, а точнее в комиссии, которая занимается аукционами по продаже сырой нефти и газового конденсата. Благодаря дружественному составу аукционного комитета Коломойский много лет подряд минимизировал налоги за счет игр с ценами на нефть. Министр энергетики решил прекратить эту практику. В итоге наткнулся на судебный иск и продажу партии нефти в обход аукционов. Еще один конфликт разгорелся вокруг хранения и использования технической нефти в нефтепроводах «Укртранснафты», менеджмент которой лоялен к Коломойскому. Регулярно возникают суды и конфликты при продаже нефтепродуктов Министерству обороны или «Укрзализныце». Во всей этой эпической битве власти с олигархом до сих пор непонятно, на чьей стороне играет Яценюк. Публично он выступил за возврат государству контроля над крупнейшей нефтедобывающей компанией, но на практике его соратник Иванчук играет скорее на стороне Коломойского, а большая часть фракции «Народного фронта» не голосует за ключевой законопроект по «Укрнафте».

7. Битва за урожай

Итог: урожай по осени считают

Весенняя посевная кампания в этом году будет во многом уникальной. Банковская система страны фактически не работает, и у большинства аграриев нет возможности прокредитоваться под будущий урожай, как они делали традиционно каждый год. А те немногие банки, которые кредитуют, выставляют заоблачные проценты — от 25% и выше. Нехватка средств составляет от 10 до 30 млрд грн.

Кроме того, существенно изменится себестоимость будущего урожая. Если расходы на оплату труда останутся на уровне прошлого года, то семена, дизтопливо, гербициды и удобрения подорожали в два-три раза, а это означает, что при хорошем урожае осенью продукты питания подорожают вдвое, при плохом — в три-четыре раза. Многие агрохолдинги обременены валютными кредитами, которые они не смогут реструктуризовать, а значит в течение всего этого года мы будем наблюдать если не за банкротством, то за сменой собственников десятков предприятий агросектора, как это уже произошло в агрохолдинге «Мрия».

Любопытно, что правительство пока не слишком активно занимается ситуацией, которая сейчас складывается в отрасли. Что внушает понятные опасения насчет итогов битвы за урожай.