Олег Волошин, международный обозреватель

Мьянма: победа демократии, поражение Китая

Правящая партия в Мьянме признала поражение на парламентских выборах. По словам представителей оппозиционной партии «Национальная лига за демократию» (НЛД), они победили в большинстве избирательных округов и могут рассчитывать на 70% мест в парламенте. При этом лидер НЛД Аун Сан Су Чжи заявила, что «пока еще рано праздновать победу».

В любом случае Мьянма совершает крутой поворот в своей политической истории, что может повлиять и на баланс сил в регионе.

Одна из крупнейших стран АСЕАН — Мьянма, она же Бирма — до недавнего времени считалась одной из наиболее запущенных и бесперспективных. В стране царила военная диктатура, а мир знал ее преимущественно как государство, где держат под замком известную правозащитницу Аун Сан Су Чжи, как место действия фильма «Рэмбо IV» и как верного вассала Китая. Китайские руководители называли свои отношения с хунтой чуть ли не братскими, но в их основе лежали не родственные чувства, а трезвый расчет. Бирма как союзник представляет для китайцев принципиальное значение. Протянутые через ее территорию коммуникации и инфраструктура давали Китаю прямой выход в Индийский океан. Так, в 2013 году был введен в строй газопровод пропускной способностью 12 млрд м³, по которому пущен как ближневосточный природный газ, доставляемый к берегам Мьянмы, так и газ с местного месторождения Шве, уже законтрактованный Китаем. Заработал 30 января 2015 года и принадлежащий китайской компании CNPC нефтяной терминал. Совокупный объем нефтехранилищ в порту насчитывает до 7,5 млн баррелей нефти, а ежегодная пропускная способность трубы после окончательного завершения проекта составит примерно 120 млн баррелей (22 млн тонн).

В Вашингтоне понимали игру Пекина и стремились вывести Мьянму из-под китайского влияния. Это нашло отклик у правящей хунты — генералов не устраивала ни тотальная зависимость страны от Китая, ни тем более режим ее блокады. В 2008 году власти Мьянмы приняли новую Конституцию, в которой страна именовалась «дисциплинированной процветающей демократией». В 2010-м на свободу вышли сотни политических заключенных. Провели демократические выборы, выигранные лояльной хунте партией. В 2011 году парламент избрал президента, которым стал сменивший мундир на гражданский костюм бывший премьер-министр хунты Тейн Сейн. В ответ американцы и Европа сняли значительную часть санкций, в том же году страну впервые за более чем полвека посетила американский госсекретарь Хиллари Клинтон. Уже в 2012 году в Мьянме принимали президента Барака Обаму. Второй раз он приехал туда в конце 2014-го.

В свою очередь руководство Мьянмы оправдало высокое доверие и притормозило новые инфраструктурные проекты Пекина. Осенью прошлого года президент страны последовательно отказал КНР в подрядах на строительство железной дороги, дамбы и других объектов.

Исход последних выборов дает администрации Обамы карт-бланш на продолжение прежнего курса. До этого оппоненты критиковали Белый дом за увлечение геополитическими расчетами в ущерб вниманию к реальному состоянию прав человека в Мьянме. Теперь, хотя военные и сохранят серьезное влияние на политику страны, все же власть, вероятно, окажется в руках у популярной на Западе Аун Сан Су Чжи, которая при этом не любит КНР за многолетнюю поддержку хунты. В итоге китайцы теряют важного союзника, а американцы приобретают. Таким образом формируется полукольцо вокруг Поднебесной: от Индии до Японии КНР окружают страны, ориентирующиеся на Вашингтон и имеющие напряженные отношения с Пекином.

Горящие мосты

В минувшее воскресенье, 8 ноября, в Хорватии прошли первые парламентские выборы с момента вступления страны в ЕС в 2013 году. За ходом голосования пристально следили во всей Европе, ведь Хорватия имеет важное значение для будущего политики ЕС в отношении беженцев. Она одна из ключевых транзитных стран на так называемом «балканском маршруте».

Результаты выборов в сабор, как именуют хорватский парламент, создали в стране патовую ситуацию. Больше всего голосов получила «Патриотическая коалиция» под предводительством оппозиционной консервативной партии «Хорватское демократическое содружество» (ХДС) — у нее будет 59 мандатов в новом парламенте. Следом за ней расположилась коалиция «Хорватия растет» во главе с правящей Социал-демократической партией (СДП) (56 мест). Но настоящим победителем выборов стала партия «Мост».

Недавно созданная платформа образует третью по величине силу с 19 мандатами и является ключом к созданию будущего правительства. И консерваторы, и социал-демократы смогут получить абсолютное большинство в парламенте из 151 депутата только при помощи занявшего третье место «Моста». Но лидер этой партии Божо Петров отвергает возможность коалиции со «старыми партиями» — ХДС и СДП.

Запутанная политическая ситуация — не лучшая новость для страны, находящейся в семилетнем экономическом кризисе. Чрезмерная задолженность Хорватии стремительно растет, молодежь массово эмигрирует, а безработица составляет 16%.

Брюссель неоднократно негативно отзывался о состоянии дел в стране. Хорватия, наряду с Болгарией, замыкает рейтинг  Международного института управленческого развития стран ЕС по показателю конкурентоспособности.

Тем удивительнее, что экономические темы не играли особой роли в предвыборной кампании. Вместо этого речь шла о национальной гордости, идентичности и прошлом. «В Хорватии уже 20 лет как царит мир, но в избирательной кампании повсеместно война», — написала недавно газета Berliner Zeitung. И это очень сближает ситуацию в Хорватии с украинской.

Британский торг с Европой

Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон в официальном письме председателю Европейского совета Дональду Туску изложил требования Лондона по реформированию Евросоюза. Эти четыре ключевых пункта станут, как ожидается, основой переговорного процесса по изменению условий британского членства в ЕС. Сам Туск подтвердил получение письма и объявил о том, что переговоры о сохранении членства Великобритании в ЕС начнутся уже в ближайшее время.

Кэмерон потребовал от главы ЕС защиты единого рынка Великобритании и других стран, не входящих в зону евро; создания более конкурентоспособного ЕС; освобождения Великобритании от участия
в процессе движения к «как можно более тесному союзу»; блокирования для прибывших в ЕС мигрантов доступа к привилегиям, предназначенным для работающих лиц.

Прежде всего Кэмерон хочет, чтобы европейские лидеры «защитили Великобританию и другие страны, не входящие в еврозону». «ЕС должен признать, что это союз, где есть больше одной валюты, без дискриминации», — подчеркнул премьер. Данная позиция имеет определенную поддержку таких стран ЕС, как Германия, Франция и Италия.

Что касается второго требования, которое заключается в повышении конкурентоспособности ЕС, то, по мнению британского премьера, необходимо «собрать воедино все различные предложения, обещания и соглашения — по единому рынку, торговле, сокращению мер регулирования — и соединить их
в одно ясное обязательство, которое сделает конкурентоспособность частью структуры ЕС в целом».

Говоря о неприятии Великобританией принципа движения к более тесному союзу, Кэмерон уточнил, что «он просит у европейских лидеров ясного, юридически обязательного и не подлежащего пересмотру соглашения, которое покончит с обязательством Великобритании работать на создание более тесного союза».

Миграционный вопрос является камнем преткновения на пути к подписанию соглашения между ЕС и Великобританией. По словам Кэмерона, его стране «нужны меры по более жесткому контролю миграции из государств ЕС». Он назвал недопустимым тот факт, что чистая миграция составляет 300 тысяч человек в год. Премьер выступил за блокирование для прибывших в ЕС мигрантов доступа к социальным выплатам и привилегиям. Среди всех названных Кэмероном требований последнее, наверное, одно из самых труднодостижимых, учитывая сопротивление этим планам со стороны таких членов ЕС, как Польша, и других восточноевропейских государств.

Затронул британский премьер и тему блокирования принимаемых в Брюсселе решений национальными парламентами. «Мы не предлагаем, чтобы каждый отдельный национальный парламент обладал правом вето, — сказал он. — Мы понимаем, что для Европы, в которой 28 стран, это означало бы тупик. Но мы хотим видеть новую договоренность, согласно которой группы парламентов могут выступить сообща и отвергнуть европейские законы, не отвечающие их национальным интересам».

При этом Кэмерон готов бороться за сохранение членства Великобритании в ЕС, но не исключает выхода страны из блока в случае провала переговоров. «Я буду вести кампанию за то, чтобы Великобритания осталась частью усиленного ЕС, — отметил он, — вести эту кампанию со всем сердцем и всей душой, потому что это однозначно в наших национальных интересах».